Здравствуйте, друзья! В нашем традиционном лонгриде поговорим о теме, которая знакома многим семьям с подростками: частые инфекции. «Болеет ОРВИ каждые 2–3 недели — иммунитет никуда не годится», «после каждой простуды два месяца восстанавливается», «сдали иммунограмму — всё в норме, а болеет постоянно», «кто-то говорит, что виноват витамин D, кто-то — железо — как разобраться?». Частые респираторные инфекции у подростков нередко являются не признаком тяжёлой иммунной патологии, а следствием вполне конкретных и поддающихся коррекции дефицитов — прежде всего железа и витамина D.

Мы разберём, что считать «частыми» инфекциями и когда это действительно повод для беспокойства. Объясним роль железа и витамина D в работе иммунной системы и расскажем, как их проверить. Поговорим о других причинах сниженного иммунитета у подростков и о доказанных методах его поддержки. В конце, по традиции, — краткое резюме каждого раздела.

Часть 1. Что считать «частыми» инфекциями у подростков

1.1. Нормальная частота ОРВИ у подростков

Прежде чем говорить о «частых» инфекциях, необходимо понять, что является нормой¹. Иммунная система подростка, в отличие от ребёнка дошкольного возраста, уже относительно зрела. Тем не менее норма для подростков предполагает от 2 до 4 эпизодов ОРВИ в год — преимущественно в осенне-зимний сезон. Это совершенно нормальный показатель для человека, находящегося в коллективе.

О частых инфекциях обычно говорят, если подросток переносит 6 и более эпизодов ОРВИ в год, если каждая простуда затягивается более чем на 2 недели, если инфекции рецидивируют — то есть новая начинается не успев закончиться предыдущей. Поводом для углублённой диагностики служат также рецидивирующие бактериальные инфекции (пневмонии, гнойные отиты, синуситы, фурункулёз), поскольку они указывают на более серьёзные нарушения иммунной защиты.

Важен контекст: если подросток только что вернулся в школу или секцию после летних каникул, или сменил коллектив — временное учащение ОРВИ объяснимо и не является патологией.

1.2. Когда частые инфекции — повод для обследования

Педиатры выделяют несколько паттернов, требующих диагностики¹:

• Более 6 эпизодов ОРВИ в год у подростка, не посещающего новый коллектив.
• Рецидивирующие бактериальные инфекции — пневмонии, гаймориты, отиты более 2 раз в год.
• Тяжёлые инфекции, требующие госпитализации или внутривенных антибиотиков.
• Инфекции, вызванные необычными или оппортунистическими возбудителями.
• Неэффективность стандартных антибиотиков при бактериальных инфекциях.
• Длительное восстановление (более 3–4 недель) после каждой болезни.
• Частые обострения герпесвирусных инфекций — лабиального герпеса, цитомегаловируса.

1.3. Дифференциальный подход: не всё — иммунодефицит

Большинство случаев «частых инфекций» у подростков обусловлены не первичным иммунодефицитом, а совокупностью нескольких модифицируемых факторов². Именно поэтому при первичном обращении педиатр сначала исключает эти простые причины — и только при их отсутствии переходит к углублённой иммунологической диагностике. Согласно данным Гилмуллиной и соавторов (Педиатрия, 2020), в структуре «часто болеющих» детей и подростков лишь около 5–7% имеют подтверждённый первичный иммунодефицит — в остальных случаях речь идёт о функциональных нарушениях, связанных с образом жизни и нутритивными дефицитами¹³:

• Хронический дефицит сна — один из наиболее доказанных иммуносупрессивных факторов.
• Хронический стресс и повышенный кортизол.
• Нутритивные дефициты — железо, витамин D, цинк, витамин С.
• Курение (активное и пассивное) — нарушает мукоцилиарный клиренс дыхательных путей.
• Плохое питание с дефицитом белка и антиоксидантов.
• Избыточные физические нагрузки («окно открытой двери» у спортсменов).

Именно поэтому перед сложной иммунологической диагностикой педиатр оценивает эти «простые» факторы.

Часть 2. Роль железа в иммунной защите

2.1. Железо и иммунная система: нейробиология связи

Железо является одним из наиболее важных микроэлементов для правильной работы иммунной системы³. Оно необходимо для:

• Пролиферации (деления) Т-лимфоцитов — ключевых клеток адаптивного иммунитета. Дефицит железа нарушает способность Т-клеток к размножению в ответ на инфекцию.
• Активности нейтрофилов — клеток, первыми реагирующих на бактериальное вторжение. При дефиците железа нейтрофилы хуже «переваривают» захваченные бактерии.
• Функции натуральных киллеров (NK-клеток) — уничтожающих вирус-инфицированные клетки.
• Синтеза интерферонов — противовирусных цитокинов.

При этом важно понимать парадокс железа и инфекций: многие патогены используют железо для собственного роста. Именно поэтому при острой инфекции организм «прячет» железо — снижает уровень трансферрина и повышает ферритин. Это адаптивная реакция, а не патология. Но хронический дефицит железа ослабляет иммунную защиту в длительной перспективе.

Важная практическая деталь: острая инфекция или воспаление влияют на показатели железа. Ферритин является «острофазовым» белком — при любом воспалении он может ложно повышаться даже при реальном дефиците железа. Именно поэтому оценку уровня железа нужно проводить в период здоровья (не менее 2–4 недель после последней инфекции), чтобы получить достоверный результат. Если анализы сданы во время болезни — результаты могут быть неинформативны.

2.2. Как дефицит железа снижает устойчивость к инфекциям

Связь между железодефицитной анемией (ЖДА) и частотой инфекций хорошо задокументирована³. Исследования показывают: дети и подростки с ЖДА болеют ОРВИ и бактериальными инфекциями достоверно чаще, чем сверстники с нормальным уровнем гемоглобина и ферритина. После коррекции ЖДА частота инфекций снижается.

Критически важный факт: дефицит железа может нарушать иммунную функцию ещё до развития явной анемии — когда гемоглобин ещё в норме, но ферритин (депо железа) уже снижен. Это так называемый латентный (скрытый) железодефицит. У подростков, особенно у девочек с обильными менструациями, он встречается значительно чаще, чем явная анемия.

2.3. Кто в группе риска железодефицита у подростков

Группы повышенного риска железодефицита среди подростков³:

• Девочки с менархе и регулярными менструациями — особенно при обильных или длительных менструальных кровотечениях.
• Подростки-спортсмены, особенно при интенсивных тренировках (спортивный гемолиз, потери с потом).
• Вегетарианцы и веганы — железо из растительных источников (негемовое) усваивается значительно хуже, чем гемовое из мяса.
• Подростки с несбалансированным питанием с низким содержанием красного мяса.
• Подростки с хроническими воспалительными заболеваниями ЖКТ (болезнь Крона, целиакия).

Часть 3. Роль витамина D в иммунной защите

3.1. Витамин D — не просто «для костей»

Витамин D долгие годы воспринимался исключительно как регулятор кальциево-фосфорного обмена и фактор здоровья костей⁴. Однако за последние два десятилетия накоплено огромное количество данных о его иммуномодулирующей роли. Рецепторы к витамину D (VDR) обнаружены практически во всех клетках иммунной системы: В-лимфоцитах, Т-лимфоцитах, моноцитах, дендритных клетках, нейтрофилах и NK-клетках.

Витамин D регулирует иммунный ответ сразу на нескольких уровнях. Именно двунаправленность действия витамина D — стимуляция врождённого (неспецифического) иммунитета и одновременно регуляция адаптивного (специфического) — делает его ключевым нутриентом для целостной иммунной защиты:

• Стимулирует синтез кателицидина (LL-37) и дефензинов — антимикробных пептидов, являющихся первой линией защиты слизистых оболочек дыхательных путей.
• Модулирует активность макрофагов — клеток, уничтожающих микроорганизмы.
• Регулирует баланс Th1/Th2/Th17-лимфоцитов, предотвращая избыточное воспаление.
• Снижает выработку провоспалительных цитокинов (ИЛ-6, ФНО-α).

3.2. Дефицит витамина D и частота инфекций: данные исследований

Связь между дефицитом витамина D и повышенной восприимчивостью к инфекциям подтверждена множеством исследований⁴. Берри и соавторы в систематическом обзоре в BMJ (2017), включавшем данные более 10 000 участников, показали: добавки витамина D достоверно снижают риск острых респираторных инфекций, особенно у людей с исходным дефицитом (уровень 25-OH-D менее 25 нмоль/л).

Мартино и соавторы в исследованиях связали сезонность ОРВИ — пик в зимне-весенний период — с сезонными колебаниями уровня витамина D, который достигает минимума в конце зимы именно из-за сниженной инсоляции.

По данным российских исследований, дефицит витамина D (25-OH-D менее 20 нг/мл) выявляется у 40–60% российских подростков в конце зимы. Это не «редкая проблема» — это массовое явление с реальными иммунологическими последствиями.

Практический вывод из исследования Мартино: если подросток чаще всего болеет именно с января по март — это не случайность. Это пик дефицита витамина D после зимы с минимальной инсоляцией. Именно поэтому Союз педиатров России рекомендует профилактический приём витамина D3 всем российским детям и подросткам в осенне-зимний период — вне зависимости от диеты и образа жизни. Это не «перестраховка», а научно обоснованная мера с доказанным влиянием на частоту ОРВИ.

3.3. Кто в группе риска дефицита витамина D у подростков

• Подростки, проводящие большую часть дня в помещении (длительное экранное время, домашнее обучение).
• Проживающие в северных регионах (Россия — практически вся страна в зоне риска).
• Подростки с тёмной кожей — меланин снижает синтез витамина D в коже.
• Подростки с ожирением — витамин D жирорастворим и «депонируется» в жировой ткани, становясь менее биодоступным.
• Вегетарианцы и веганы — основные пищевые источники D (жирная рыба, желток) ограничены.

Часть 4. Цинк, витамин С и другие иммунные нутриенты

4.1. Цинк

Цинк занимает второе место после железа среди микроэлементов, необходимых для нормальной работы иммунной системы⁵. Он необходим для развития и функционирования Т-лимфоцитов, NK-клеток и нейтрофилов. Тимулин — гормон тимуса (центрального органа иммунной системы), регулирующий созревание Т-клеток, — является цинкозависимым ферментом. При дефиците цинка тимус буквально «перестаёт работать» должным образом.

Метаанализ Cochrane (Reid et al.) показал: приём препаратов цинка в течение первых 24 часов от начала ОРВИ сокращает продолжительность болезни на 1–2 дня. Это один из немногих нутритивных вмешательств с действительно убедительной доказательной базой при острых вирусных инфекциях.

Факторы риска дефицита цинка у подростков: вегетарианство, несбалансированное питание с преобладанием зерновых (фитаты в злаках нарушают всасывание цинка), синдром мальабсорбции при целиакии.

Рид и соавторы (JAMA, 2015) в метаанализе рандомизированных контролируемых исследований подтвердили эффективность препаратов цинка (в форме пастилок для рассасывания с ионным цинком) при остром назофарингите: приём в первые 24 часа заболевания сокращал его продолжительность в среднем на 1–2 дня⁹. Механизм: цинк-ионы непосредственно ингибируют репликацию риновируса в эпителии носоглотки. Это один из немногих нутритивных вмешательств при ОРВИ с действительно качественной доказательной базой. Важное ограничение: работает именно цинк в форме пастилок, удерживаемых во рту (ионный механизм), а не таблетки цинка.

4.2. Витамин С

Витамин С (аскорбиновая кислота) поддерживает функцию нейтрофилов и лимфоцитов, участвует в синтезе коллагена (обеспечивающего барьерную функцию кожи и слизистых) и является мощным антиоксидантом⁵. При инфекции уровень витамина С в лейкоцитах быстро истощается.

Кокрейновский обзор Хемиля (2013), охвативший более 10 000 человек, показал: регулярный приём витамина С (не менее 200 мг/сутки) достоверно снижает продолжительность и тяжесть ОРВИ у детей и подростков, хотя и не предотвращает инфекцию. Особенно выражен эффект у людей с физическими перегрузками.

4.3. Белок и аминокислоты

Иммунная система требует постоянного обновления — синтеза антител, цитокинов, иммунных клеток. Всё это требует белка⁵. Белковая недостаточность — даже умеренная, без явных клинических признаков — снижает иммунный ответ. Это особенно актуально для подростков, интенсивно занимающихся спортом и при этом не обеспечивающих достаточное потребление белка (1,2–1,7 г/кг/сутки при высоких нагрузках).

Часть 5. Нарушения сна, стресс и иммунитет

5.1. Иммунология сна

Сон — не пассивное состояние: в ночное время происходят ключевые иммунологические процессы². Во время медленноволнового сна вырабатываются провоспалительные цитокины (ИЛ-1, ИЛ-6, ФНО-α), которые активируют адаптивный иммунный ответ. Выделение гормона роста во время сна поддерживает тимопоэз (созревание Т-лимфоцитов в тимусе).

Экспериментальные исследования показывают: ограничение сна до 6 часов в течение одной недели приводит к снижению выработки антител в ответ на введение вакцины. Это прямое доказательство: недосыпание угнетает иммунный ответ количественно.

Коэн и соавторы (Archives of Internal Medicine, 2009) провели прямой эксперимент: добровольцам вводили вирус риновируса (возбудитель ОРВИ) назально и наблюдали за заболеваемостью¹¹. Те, кто спал менее 7 часов в ночь в предшествующие 2 недели, заболевали в 2,94 раза чаще, чем спавшие 8 и более часов. Это не корреляционное исследование — это прямой эксперимент с объективным подтверждением инфекции. Сон как фактор иммунной защиты имеет более высокую доказательную базу, чем большинство популярных «иммуностимуляторов».

У подростков хронический дефицит сна (менее 8–9 часов) — массовое явление из-за сдвига циркадного ритма и ранних начал учебного дня. Именно это является одним из объяснений повышенной восприимчивости к инфекциям у школьников в учебный год.

5.2. Стресс и иммунитет

Хронический психологический стресс является мощным иммуносупрессивным фактором через несколько механизмов². Хронически повышенный кортизол подавляет активность NK-клеток, снижает выработку секреторного иммуноглобулина A (первая линия защиты слизистых дыхательных путей) и угнетает пролиферацию лимфоцитов.

Кэмпбелл и соавторы в метаанализе показали: подростки в периоды экзаменационного стресса болеют ОРВИ достоверно чаще, чем в каникулярные периоды — даже при одинаковом контакте с вирусами. Это объясняет характерный паттерн многих семей: ребёнок болеет именно перед важными мероприятиями.

Ещё один важный иммунологический механизм стресса: кортизол снижает выработку секреторного иммуноглобулина A (sIgA) в слюне и носовых выделениях. sIgA — основной «антивирусный» антитела слизистых дыхательных путей, первый барьер против вирусов. При хроническом стрессе этот барьер ослаблен — и вирусы легче проникают в эпителий. Именно поэтому частые ОРВИ у подростка нередко уменьшаются не после приёма «иммуностимуляторов», а после снижения стрессовой нагрузки или коррекции тревожного расстройства.

Для подростков особенно значимы следующие стрессоры: академическое давление, конфликты со сверстниками, проблемы с самооценкой, тревожные расстройства. Все они через ось ГГН и кортизол угнетают иммунную защиту.

Часть 6. Как проверить иммунный статус: диагностический алгоритм

6.1. Первичное обследование

При частых инфекциях у подростка педиатр начинает с простого, но информативного обследования¹:

• Общий анализ крови с формулой — оценка количества лейкоцитов (нейтрофилов, лимфоцитов, моноцитов), эритроцитов и тромбоцитов.
• Ферритин — ранний маркер дефицита железа (до снижения гемоглобина). Норма для подростков ≥30 нг/мл, оптимально ≥50 нг/мл.
• Витамин D (25-OH-D) — дефицит при уровне менее 20 нг/мл (50 нмоль/л), недостаточность при 20–30 нг/мл.
• Общий белок, альбумин — исключить белковую недостаточность.
• С-реактивный белок — исключить хронический воспалительный процесс.
• ТТГ — гипотиреоз снижает иммунную защиту.

Именно с этого обследования необходимо начинать — до назначения иммунограммы, стоимость которой значительно выше, а интерпретация сложнее.

6.2. Когда нужна иммунограмма

Расширенная иммунологическая диагностика (иммунограмма) показана при признаках первичного иммунодефицита¹. Педиатры используют правила «10 предупреждающих признаков» (ESID/JMF):

• 4 и более эпизода пневмонии или бактериальных отитов в год.
• Рецидивирующие глубокие абсцессы кожи или внутренних органов.
• Две и более тяжёлые системные инфекции (менингит, сепсис, остеомиелит).
• Инфекции, вызванные необычными патогенами (пневмоцистная пневмония, диссеминированный кандидоз).
• Семейный анамнез первичного иммунодефицита.
• Отсутствие эффекта от антибиотиков при бактериальных инфекциях.

При наличии этих признаков — направление к иммунологу.

6.3. Иммунограмма: что она показывает и что нет

Иммунограмма — исследование субпопуляций лимфоцитов (CD3+, CD4+, CD8+, CD19+, CD16+), уровней иммуноглобулинов (IgG, IgA, IgM) и ряда других параметров¹. Она информативна при первичных иммунодефицитах и при тяжёлых вторичных иммунодефицитах (ВИЧ, длительная иммуносупрессивная терапия).

Однако при «бытовых» частых ОРВИ у подростков иммунограмма нередко оказывается нормальной — потому что проблема не в количестве иммунных клеток, а в их функциональном состоянии, которое зависит от уровня железа, витамина D, сна и стресса. Назначение иммунограммы «на всякий случай» при частых ОРВИ у подростка без признаков первичного иммунодефицита — избыточная диагностика.

Часть 7. Лечение и профилактика: что доказано

7.1. Коррекция железодефицита

При выявленном дефиците железа (сниженный ферритин и/или гемоглобин) назначаются препараты железа³. Педиатр подбирает форму и дозу. Ключевые правила приёма:

• Принимать на голодный желудок или через 1 час после еды для лучшего всасывания.
• Запивать водой или апельсиновым соком (витамин С улучшает всасывание).
• Не запивать чаем, молоком или кофе — они нарушают всасывание железа.
• Принимать в первой половине дня — биодоступность выше.
• Контрольный анализ ферритина и гемоглобина через 3 месяца.

Из пищевых источников: красное мясо и субпродукты (печень) — гемовое железо с наилучшей усвояемостью. Бобовые, шпинат, гречка — негемовое железо, усвоение которого улучшается при сочетании с витамином С (перец, цитрусы).

7.2. Коррекция дефицита витамина D

Профилактическая и терапевтическая доза витамина D для подростков различается⁴. Поддерживающая профилактическая доза витамина D3 для подростков в России — 1000–2000 МЕ/сутки (по рекомендациям Союза педиатров России). При подтверждённом дефиците (менее 20 нг/мл) — терапевтические дозы 2000–5000 МЕ/сутки и более, под контролем уровня 25-OH-D через 3 месяца.

Важно: витамин D лучше всасывается в сочетании с жирной пищей (он жирорастворим). Оптимальное время приёма — с основным приёмом пищи, содержащим жиры. Токсичность витамина D при дозах до 4000 МЕ/сутки у подростков исключительно маловероятна при отсутствии противопоказаний.

Летом, при регулярном нахождении на солнце с открытыми руками и лицом (не через стекло) в течение 15–30 минут в дообеденное время, организм синтезирует достаточное количество витамина D самостоятельно. В российских реалиях это достижимо лишь в летние месяцы.

Несколько практических нюансов о солнечном синтезе витамина D. Во-первых, нахождение за стеклом (автомобиль, квартира) полностью блокирует синтез — стекло задерживает УФ-В излучение. Во-вторых, солнцезащитный крем с SPF 15 и выше снижает синтез витамина D примерно на 99%. Это не означает, что нужно отказаться от солнцезащиты — просто понимать, что при её использовании синтез витамина D минимален. В-третьих, загар на лице и руках «накапливает» витамин D гораздо хуже, чем открытые ноги и торс. Именно поэтому добавки витамина D в российских реалиях необходимы практически всем подросткам в сезон с октября по май.

7.3. Нормализация сна и снижение стресса

Нормализация сна — одна из наиболее доступных и недооцениваемых мер повышения иммунитета². Цель — 8–10 часов ночного сна для подростков, постоянный режим, исключение экранов за 60–90 минут до сна. Эти меры не требуют никаких затрат, но реально снижают частоту инфекций.

Снижение стресса у подростков: когнитивно-поведенческая терапия при тревожных расстройствах, физическая активность (достоверно снижает кортизол), дыхательные практики и миндфулнесс (умеренная доказательная база). Физическая активность умеренной интенсивности (30–45 минут, 3–5 раз в неделю) достоверно повышает иммунную функцию. Очень важно: чрезмерные нагрузки («перетренированность») дают противоположный эффект — «окно открытой двери» у спортсменов после изнурительных тренировок.

Шакур и соавторы (IJMS, 2021) в обзоре иммунных эффектов нутриентов подчёркивают: регулярная умеренная физическая активность повышает активность NK-клеток, ускоряет рециркуляцию лимфоцитов и повышает концентрацию секреторного IgA в слюне¹². Именно поэтому подросток, ведущий активный образ жизни и нормально питающийся, при прочих равных болеет реже «домашнего» сверстника, проводящего дни за экраном. Движение — это не только про мышцы и вес. Это ещё и про иммунитет.

Отдельно стоит отметить практическое значение физической активности на свежем воздухе: она одновременно стимулирует иммунную систему и способствует синтезу витамина D в летние месяцы. Двойная польза при одном действии.

Часть 8. Мифы об иммунитете у подростков

8.1. «Иммунограмма покажет, в чём проблема»

8.2. «Иммуностимуляторы укрепят иммунитет»

8.3. «Закаливание — лучшее средство от частых инфекций»

Часть 9. Сравнительная таблица нутриентов и иммунитета

Таблица 1. Нутриенты, важные для иммунной функции у подростков: признаки дефицита, диагностика и источники

Часть 10. Пошаговый план для родителей

Часть 11. Когда нужна срочная или плановая помощь специалиста

Заключение

Частые инфекции у подростков в большинстве случаев обусловлены не первичным иммунодефицитом, а совокупностью вполне конкретных и поддающихся коррекции факторов: дефицитом железа, дефицитом витамина D, хроническим недосыпанием и психоэмоциональным стрессом. Именно с этих факторов и нужно начинать диагностический поиск — с простых и доступных анализов, а не с дорогой иммунограммы.

Коррекция дефицитов железа и витамина D, нормализация сна и снижение стресса — меры с реальной доказательной базой, которые значительно снижают частоту инфекций при последовательном применении. Иммуностимуляторы без доказательной базы при этом не нужны.

Практический алгоритм: подросток болеет часто → педиатр → ферритин + 25-OH-D + ОАК → при дефиците железа коррекция препаратами + питание → при дефиците витамина D добавки → нормализация сна → снижение стресса → контроль через 3 месяца. Этот алгоритм прост, доступен и в большинстве случаев эффективен.

Для подростка важно донести: иммунитет — не мистическая «сила», которую нужно «стимулировать» дорогими препаратами. Это система, которая хорошо работает при наличии «строительных материалов» (железо, витамин D, цинк, белок) и отдыха (сон, снижение стресса). Обеспечить эти условия — в силах самого подростка и его семьи.

При наличии признаков первичного иммунодефицита (тяжёлые, необычные или рецидивирующие бактериальные инфекции) — направление к иммунологу. Но таких случаев значительно меньше, чем принято думать.

Источники

1. Клинические рекомендации «Первичные иммунодефициты». — М.: Союз педиатров России / Минздрав РФ, 2021.
2. Besedovsky L. et al. Sleep and Immune Function // Pflügers Archiv. — 2012. — Vol. 463, №1. — P. 121–137.
3. Hasan R. et al. Iron and Immunity: A Double-Edged Sword // Blood. — 2021. — Vol. 138, №5. — P. 400–414.
4. Martineau A.R. et al. Vitamin D Supplementation to Prevent Acute Respiratory Tract Infections // BMJ. — 2017. — Vol. 356. — P. i6583.
5. Calder P.C. et al. Optimal Nutritional Status for a Well-Functioning Immune System // Nutrients. — 2020. — Vol. 12, №4. — P. 1181.
6. Баранов А.А., Намазова-Баранова Л.С. Педиатрия. Национальное руководство. — М.: ГЭОТАР-Медиа, 2019.
7. Hewison M. Vitamin D and Immune Function // Proceedings of the Nutrition Society. — 2012. — Vol. 71, №1. — P. 50–61.
8. Hemilä H. Vitamin C for Preventing and Treating the Common Cold // Cochrane Database. — 2013. — Issue 1.
9. Reid K. et al. Zinc Lozenges for the Common Cold // JAMA. — 2015. — Vol. 313, №7. — P. 732–734.
10. Тутельян В.А. и др. Нормы физиологических потребностей в энергии и пищевых веществах. — М.: Федеральный центр гигиены и эпидемиологии, 2021.
11. Cohen S. et al. Sleep Habits and Susceptibility to the Common Cold // Archives of Internal Medicine. — 2009. — Vol. 169, №1. — P. 62–67.
12. Shakoor H. et al. Immune-Boosting Role of Vitamins D, C, E, Zinc, Selenium and Omega-3 Fatty Acids // International Journal of Molecular Sciences. — 2021. — Vol. 22, №1. — P. 9.
13. Гилмуллина Ф.С. и др. Часто болеющие дети: современный взгляд на проблему // Педиатрия. — 2020. — Т. 99, №1. — С. 44–51.
14. Sarohan A.R. et al. A Novel Hypothesis for COVID-19 Pathogenesis: Retinol Depletion and Vitamin D Deficiency // Medical Hypotheses. — 2021. — Vol. 150. — P. 110588.
15. Kliegman R.M. et al. Nelson Textbook of Pediatrics. 21st ed. — Philadelphia: Elsevier, 2020.

*Статья носит информационный характер. Для профессиональной помощи обратитесь к специалисту.*