Здравствуйте, друзья! В нашем традиционном лонгриде поговорим об одной из самых известных детских онкологических болезней — нефробластоме, или опухоли Вильмса. Это рак почки, встречающийся почти исключительно у детей младшего возраста. Звучит пугающе, и понятно почему: любой диагноз с приставкой «онко» у ребёнка переворачивает мир семьи. Но именно опухоль Вильмса — один из самых ярких примеров того, чего достигла современная детская онкология: за последние 50 лет излечиваемость этой болезни выросла с 30% до более чем 90%. Это не просто статистика — это судьбы тысяч детей, которые сегодня живут полноценной жизнью.

Мы разберём, что такое нефробластома, почему она возникает у маленьких детей и не встречается у взрослых, как её обнаруживают (часто случайно, при купании или одевании ребёнка), как ставится диагноз и почему важна своевременность. Объясним современные принципы лечения — почему сегодня речь идёт о слаженной работе хирурга, химиотерапевта и иногда лучевого терапевта, и почему этот диагноз вообще не стоит считать приговором. Развеем популярные мифы и расскажем родителям, на какие признаки у ребёнка стоит обращать внимание и когда необходимо срочно обратиться к врачу.

В конце статьи, по традиции, вы найдёте краткое резюме ключевых тезисов.

Часть 1. Что такое опухоль Вильмса и откуда она берётся

Прежде чем говорить о диагнозе и лечении, важно понять природу этой опухоли. В отличие от «взрослого» рака почки, нефробластома — это особенное заболевание со своей биологией, своими механизмами и своим характером.

1.1. Кратко о терминологии

Нефробластома (от греческого nephros — почка и blastos — росток) и опухоль Вильмса — это два названия одной и той же болезни. Второе название дано в честь немецкого хирурга Макса Вильмса, который в 1899 году впервые подробно описал это заболевание. В международной литературе используется преимущественно термин «Wilms tumor», в отечественной — оба названия как синонимы¹.

Это злокачественная эмбриональная опухоль почки — то есть опухоль, развивающаяся из недозрелых, эмбриональных клеток. Это ключевая особенность, объясняющая многое: почему болезнь встречается именно у маленьких детей и почему она хорошо отвечает на современное лечение.

1.2. Эпидемиология: кого это касается

Опухоль Вильмса — самая частая опухоль почки в детском возрасте. На неё приходится около 90% всех почечных опухолей у детей². В целом среди детских онкологических заболеваний она занимает место в первой пятёрке по частоте.

Эпидемиологические данные²³:

• Частота — около 1 случая на 10 000 детей младше 15 лет.
• В мире ежегодно регистрируется около 8000 новых случаев.
• В России — порядка 100–120 случаев в год.
• Средний возраст диагностики — 3–4 года.
• В 95% случаев болезнь диагностируется до 10 лет, в 80% — до 5 лет.
• У взрослых встречается крайне редко (менее 1% всех случаев нефробластомы).
• У девочек встречается чуть чаще, чем у мальчиков, особенно при двустороннем поражении.
• В большинстве случаев (около 95%) опухоль односторонняя, в 5–7% — двусторонняя.

1.3. Почему болезнь возникает у маленьких детей

Чтобы понять, откуда берётся нефробластома, нужно вспомнить, как формируется почка во время внутриутробного развития. На ранних этапах в зачатке почки присутствует особая ткань — метанефрогенная бластема, состоящая из недозрелых клеток-предшественников. Из неё постепенно формируются все структуры почки: клубочки, канальцы, собирательные трубочки⁴.

К моменту рождения большая часть бластемы уже превратилась в зрелую ткань почки. Но у некоторых детей в почке остаются «островки» этих недозрелых клеток — так называемые нефрогенные остатки. В норме они со временем исчезают или превращаются в нормальную ткань.

Если же по каким-то причинам в этих клетках накапливаются генетические «поломки», они могут начать бесконтрольно делиться, формируя опухоль. Поэтому нефробластома — это, по сути, задержавшийся в развитии участок почки, который превратился в рак. И именно поэтому болезнь поражает маленьких детей: после того как нефрогенные остатки в почке исчезают (обычно к 4–7 годам), исчезает и «материал» для возникновения этой опухоли.

1.4. Генетика: какие гены ломаются

В развитии нефробластомы участвует несколько генов. Самый изученный — WT1 (Wilms tumor 1), расположенный на 11-й хромосоме⁵. Этот ген кодирует белок-регулятор, важный для нормального формирования почек и половых органов. Его поломка нарушает нормальное созревание ткани.

В развитии участвуют и другие гены: WT2, IGF2, CTNNB1, AMER1 и другие. У большинства пациентов это спорадические (случайные) генетические поломки, возникающие во время эмбрионального развития, а не унаследованные от родителей. Но в небольшом проценте случаев (около 1–2%) болезнь имеет наследственную природу и может встречаться у нескольких членов семьи.

1.5. Синдромы, связанные с риском нефробластомы

Существует несколько генетических синдромов, при которых риск опухоли Вильмса значительно повышен⁵. Знать о них важно — это позволяет вовремя проводить скрининг у детей из группы риска.

Синдром WAGR

Аббревиатура означает: Wilms tumor + Aniridia + Genitourinary anomalies + intellectual Retardation (опухоль Вильмса + аниридия + аномалии мочеполовой системы + умственная отсталость). Аниридия — это врождённое отсутствие радужной оболочки глаза. Риск опухоли Вильмса у детей с этим синдромом — около 50%.

Синдром Беквита-Видемана

Состояние с врождённым увеличением языка (макроглоссией), тела или отдельных частей (гемигипертрофия), повышенной массой тела при рождении, склонностью к гипогликемии. Риск опухоли Вильмса — около 5–10%.

Синдром Денис-Драша

Сочетание нефропатии (раннего поражения почек), нарушений половой дифференцировки и опухоли Вильмса. Риск нефробластомы — выше 90%.

Изолированная гемигипертрофия

Когда одна сторона тела заметно больше другой. Риск нефробластомы повышен примерно в 5–10 раз по сравнению с общей популяцией.

Дети с этими синдромами нуждаются в регулярном скрининге — УЗИ почек каждые 3 месяца до возраста 7–8 лет⁵.

Часть 2. Как проявляется нефробластома: на что обращать внимание

Опухоль Вильмса коварна тем, что у маленького ребёнка она долго не вызывает явных симптомов — он не может пожаловаться, что у него «что-то не так с почкой». Часто диагноз ставится после случайной находки.

2.1. Самый частый признак: пальпируемая опухоль

Главный и часто первый симптом — это прощупываемое образование в животе у ребёнка⁷. Чаще всего его обнаруживает родитель — при купании, переодевании, обнимании малыша. Чувствуется плотное, обычно безболезненное образование в боку или верхней части живота, чаще с одной стороны.

Размеры опухоли к моменту диагностики обычно весьма впечатляющие — нередко 8–12 см и больше. Это связано с тем, что опухоль растёт быстро, но на ранних стадиях ничего не болит и не нарушает общее состояние ребёнка.

Важная особенность: опухоль Вильмса обычно не пересекает срединную линию живота на ранних стадиях, в отличие, например, от нейробластомы. Но это не строгое правило — крупная опухоль может выходить за середину.

2.2. Другие возможные симптомы

Помимо пальпируемой опухоли, у ребёнка могут отмечаться⁷:

• Боли в животе — обычно умеренные, неопределённые. Появляются у 30–40% детей. Иногда боль резкая (при кровоизлиянии в опухоль или её разрыве).
• Кровь в моче (гематурия) — у 15–25% детей. Может быть видимой невооружённым глазом или выявляется только при анализе мочи.
• Повышение артериального давления — у 25% пациентов. Опухоль вырабатывает повышенное количество ренина (фермента, повышающего давление).
• Повышенная температура неясного происхождения — у 20–30% детей.
• Потеря аппетита, снижение веса, общая слабость — обычно при крупных опухолях или метастазах.
• Анемия — выявляется в анализе крови, может проявляться бледностью.
• Запоры или нарушения мочеиспускания — при больших опухолях, давящих на соседние органы.
• Расширение вен на животе, отёк ноги — при прорастании опухоли в крупные вены, что встречается в 4–10% случаев.

При запущенных стадиях с метастазами могут быть кашель и одышка (метастазы в лёгкие — самые частые), боли в костях, увеличение живота за счёт асцита.

2.3. Сравнение с другими образованиями в животе у детей

Опухоль Вильмса — не единственная опухоль, которая может прощупываться в животе у ребёнка. Важно понимать, с чем её приходится дифференцировать⁷:

Таблица 1. Дифференциальная диагностика образований в животе у детей раннего возраста

Только обследование может точно определить природу образования. Поэтому при любой находке в животе у ребёнка нужна срочная консультация педиатра и далее — детского онколога.

Часть 3. Диагностика: как ставится диагноз

При подозрении на опухоль почки у ребёнка диагностический поиск идёт быстро и системно. Цель — не только подтвердить диагноз, но и определить стадию и тип опухоли, что напрямую влияет на тактику лечения.

3.1. Базовое обследование

При обнаружении образования в животе у ребёнка проводится⁸:

• УЗИ органов брюшной полости и забрюшинного пространства. Первый и обязательный метод. Позволяет увидеть опухоль, оценить её размеры, расположение, состояние второй почки, наличие тромбов в почечной и нижней полой вене.
• УЗИ мошонки у мальчиков для оценки распространения по венам.
• Общий анализ крови и мочи, биохимия крови (включая креатинин, кальций, ЛДГ).
• Общий анализ мочи с оценкой эритроцитов, белка.
• Артериальное давление.

3.2. Уточняющая визуализация

Для уточнения характера и распространённости опухоли применяются⁸:

• КТ или МРТ органов брюшной полости и забрюшинного пространства с контрастированием. Стандарт визуализации опухоли. Показывают точный размер, отношения с сосудами, состояние лимфатических узлов, наличие прорастания в соседние структуры.
• КТ органов грудной клетки. Обязательный метод для исключения метастазов в лёгкие — самой частой локализации метастазов опухоли Вильмса.
• МРТ головного мозга — при светлоклеточной саркоме почки или рабдоидной опухоли (особые виды детских опухолей почек).
• Сцинтиграфия костей — при тех же редких подтипах.

3.3. Биопсия — нужна или нет?

Это интересный момент. В отличие от большинства взрослых онкологических заболеваний, при опухоли Вильмса биопсия часто не выполняется в начале лечения⁸. Причина: характерная клинико-радиологическая картина (ребёнок 2–5 лет с типичной опухолью почки) обычно достаточна для постановки предварительного диагноза. А биопсия несёт риск распространения опухолевых клеток (так называемой имплантации) и автоматически переводит опухоль в более высокую стадию.

В Европе (включая Россию) принят протокол SIOP (Международного общества детской онкологии), при котором лечение начинается с предоперационной химиотерапии, а гистологический диагноз ставится после операции по удалённой опухоли. В США чаще применяется протокол COG (Детской онкологической группы), при котором операция выполняется первым этапом, и диагноз также подтверждается после.

Биопсия может быть показана только в особых случаях: при нетипичной картине, очень большой опухоли, у детей старше 10 лет (когда возможны другие варианты опухолей).

3.4. Стадии и варианты опухоли Вильмса

После полного обследования и операции опухоль классифицируется по⁹:

Стадии (степени распространения)

• Стадия I — опухоль ограничена почкой и полностью удалена.
• Стадия II — опухоль выходит за пределы почки, но удалена полностью.
• Стадия III — есть остатки опухоли после операции, метастазы в регионарных лимфоузлах или прорастание в соседние органы.
• Стадия IV — отдалённые метастазы (чаще всего в лёгкие, реже — в печень, кости, головной мозг).
• Стадия V — двусторонняя нефробластома (поражение обеих почек).

Гистологические варианты

После исследования удалённой опухоли под микроскопом выделяют⁹:

• Благоприятная гистология (favorable histology) — большинство опухолей Вильмса. Хорошо отвечают на лечение. К этой группе относятся стандартные нефробластомы с типичным трёхкомпонентным строением: бластема, эпителий, строма.
• Неблагоприятная гистология — опухоли с анаплазией (особыми морфологическими признаками агрессивности). Встречаются у 5–10% пациентов, требуют более интенсивной терапии.
• Отдельно выделяют светлоклеточную саркому почки и рабдоидную опухоль почки — это не опухоли Вильмса, а другие злокачественные опухоли почек у детей с худшим прогнозом и иной тактикой лечения.

Часть 4. Лечение: командная работа

Лечение опухоли Вильмса — пример того, как мультидисциплинарный подход преобразил прогноз тяжёлой болезни. Сегодня в команду входят детский онколог, детский хирург, патоморфолог, лучевой терапевт, генетик, а также реабилитологи, психологи, медсёстры. Только такая команда может обеспечить лучший результат.

4.1. Общие принципы лечения

Современное лечение опухоли Вильмса состоит из трёх основных компонентов¹⁰:

• Хирургическое лечение — удаление опухоли с почкой (нефрэктомия) или, при двустороннем поражении, частичное удаление.
• Химиотерапия — назначается практически всем пациентам.
• Лучевая терапия — применяется по показаниям (определённые стадии, гистология, рецидивы).

Конкретный план лечения определяется¹⁰:

• Стадией.
• Гистологическим вариантом.
• Возрастом ребёнка.
• Размером и локализацией опухоли.
• Поражением одной или обеих почек.
• Особыми генетическими маркёрами (например, потеря гетерозиготности 1p и 16q — маркёры более агрессивной болезни).

4.2. Предоперационная химиотерапия (протокол SIOP)

В Европе и России обычно применяется подход «химия — операция — химия»¹¹:

Этап 1: предоперационная химиотерапия

В течение 4–6 недель ребёнок получает курс химиотерапии (обычно винкристин и актиномицин-D, при IV стадии добавляется доксорубицин). Цель — уменьшить опухоль, сделать её более чёткой, снизить риск разрыва во время операции.

Преимущества подхода:

• Опухоль обычно уменьшается на 50% и более.
• Снижается риск интраоперационного разрыва опухоли.
• Лимфатические узлы и метастазы лучше «видны».
• Снижается потребность в больших объёмах операции и облучения.

Этап 2: операция

Через 4–6 недель после начала химиотерапии — хирургическое удаление опухоли с почкой и обязательная биопсия лимфатических узлов.

Этап 3: послеоперационная химиотерапия

В зависимости от стадии и ответа на предоперационную терапию — продолжается лечение от нескольких недель до 9–10 месяцев. На стадии I с благоприятной гистологией курс короткий, на III–IV стадиях — длинный и интенсивный, может включать дополнительные препараты.

4.3. Альтернативный подход (протокол COG)

В США и некоторых других странах применяется иной алгоритм¹²:

• Сначала операция (первичная нефрэктомия).
• Точная стадия определяется по операционным и гистологическим данным.
• Затем индивидуально подбирается химиотерапия и при необходимости лучевая терапия.

Оба подхода имеют доказанную эффективность, и общая выживаемость пациентов сопоставима — около 90%. В каждой стране и каждом крупном центре обычно следуют какому-то одному протоколу.

4.4. Хирургическое лечение

Стандартная операция — радикальная нефрэктомия: удаление почки с опухолью, окружающей жировой клетчаткой, надпочечником и регионарными лимфоузлами¹³. Выполняется через классический разрез передней брюшной стенки.

При двусторонней опухоли (стадия V) задача сложнее — нужно сохранить как можно больше почечной ткани. В таких случаях после предоперационной химиотерапии выполняется органосохраняющая операция с одной или обеих сторон. Это технически сложно, но позволяет ребёнку избежать хронической почечной недостаточности.

В последние годы развиваются и лапароскопические операции при тщательном отборе пациентов (небольшие опухоли, без сосудистого вовлечения)¹³. Однако «золотым стандартом» остаётся открытая операция.

4.5. Лучевая терапия

Лучевая терапия применяется при¹⁰:

• III стадии (опухоль с поражением лимфоузлов, прорастанием, разрывом).
• IV стадии при наличии метастазов в лёгких, не отвечающих на химиотерапию.
• Опухолях с неблагоприятной гистологией.
• Рецидивах.

Современные методики (3D-конформная лучевая терапия, IMRT) позволяют точно облучить нужную зону и минимизировать повреждение здоровых тканей. Дозы обычно небольшие — 10–20 Гр на ложе опухоли.

4.6. Прогноз и выживаемость

Это одна из самых вдохновляющих историй современной онкологии. По данным крупных международных исследований²¹⁴:

• Общая 5-летняя выживаемость при опухоли Вильмса — 85–90%.
• На стадии I с благоприятной гистологией — 95–99%.
• На стадии II–III — 90–95%.
• На стадии IV с метастазами в лёгкие, отвечающими на лечение — 75–85%.
• При двусторонней опухоли — 80–90%.
• При неблагоприятной гистологии (анаплазия) прогноз хуже — выживаемость 40–80% в зависимости от стадии.

Для сравнения: в 1950-х годах выживаемость составляла менее 30%. Это качественное изменение прогноза — результат именно мультидисциплинарного подхода и грамотного применения химиотерапии и лучевой терапии.

Часть 5. Жизнь после лечения и долгосрочные последствия

Современные дети, перенёсшие опухоль Вильмса, в подавляющем большинстве вырастают здоровыми, ходят в школу, занимаются спортом, создают семьи. Но определённые особенности и риски есть, и о них важно знать.

5.1. Жизнь с одной почкой

После односторонней нефрэктомии ребёнок живёт с одной почкой. Это не приговор — у большинства людей одна оставшаяся здоровая почка прекрасно справляется¹⁵. Она постепенно компенсаторно увеличивается (компенсаторная гипертрофия), её скорость клубочковой фильтрации возрастает.

Что важно для жизни с одной почкой:

• Регулярные осмотры у нефролога — особенно в первые годы.
• Контроль артериального давления.
• Отказ от контактных видов спорта с риском травмы (бокс, регби, единоборства) — оставшуюся почку нужно беречь.
• Адекватное питьё, ограничение соли, осторожность с нефротоксичными лекарствами (особенно НПВС в больших дозах).
• Регулярные анализы крови и мочи.

При двусторонней нефробластоме после органосохраняющих операций ребёнок может жить с одной или двумя «неполными» почками. Здесь требуется более тщательное наблюдение, и небольшая часть пациентов в долгосрочной перспективе всё-таки приходит к хронической болезни почек.

5.2. Поздние эффекты химиотерапии и лучевой терапии

Современная химиотерапия достаточно безопасна, но может оставлять последствия¹⁵:

• Кардиотоксичность от доксорубицина — у небольшого процента пациентов через годы развивается ослабление сердечной мышцы. Контролируется регулярными ЭХО-КГ.
• Снижение фертильности у мальчиков, реже — у девочек, особенно при использовании алкилирующих агентов или лучевой терапии на тазовую область.
• Деформации костей и позвоночника при лучевой терапии в детском возрасте.
• Вторые опухоли — крайне редкое, но возможное осложнение через много лет после лечения. Риск повышен при использовании облучения и определённых препаратов.
• Эндокринные нарушения — например, нарушения функции щитовидной железы.

Современные протоколы стараются минимизировать эти риски — используют меньше облучения, заменяют более токсичные препараты при возможности, тщательно подбирают дозы по возрасту и весу.

5.3. Психологическая реабилитация

Опыт онкологического заболевания в детстве оставляет глубокий след — и для самого ребёнка, и для семьи. Современный подход включает¹⁵:

• Психологическую поддержку семьи во время лечения.
• Игровую терапию для маленьких детей.
• Школьную и социальную реабилитацию.
• Поддержку во время «реентеграции» в обычную жизнь.
• Работу с тревогой родителей о возможном рецидиве.

Многим семьям помогает общение с теми, кто прошёл через подобное. В крупных детских онкоцентрах работают сообщества пациентов и родителей.

5.4. Длительное наблюдение

После окончания основного лечения ребёнок нуждается в регулярном наблюдении детского онколога. Стандартная программа¹⁴:

• Первые 2 года — каждые 3 месяца с УЗИ брюшной полости и рентгенологическим контролем лёгких.
• 3–5 лет — каждые 6 месяцев.
• Дальше — раз в год до 18 лет, потом — у взрослого онколога.
• Регулярная оценка функции почек, сердца, других систем, потенциально затронутых лечением.

Большинство рецидивов случается в первые 2 года после окончания терапии, поэтому именно этот период — самый «настороженный».

5.5. Пошаговый план для родителей: что делать при подозрении на опухоль

Если вы заметили у своего ребёнка что-то, что вас тревожит — образование в животе, гематурию, повышенное давление, необъяснимую слабость — действуйте чётко и без паники.

Часть 6. Когда срочно к врачу

В контексте опухоли Вильмса можно выделить два сценария: подозрение на впервые выявленную опухоль и осложнения у ребёнка, уже находящегося на лечении.

Заключение

Нефробластома, или опухоль Вильмса, — самая частая злокачественная опухоль почки у детей, преимущественно поражающая малышей в возрасте 2–5 лет. Это эмбриональная опухоль, развивающаяся из недозрелых клеток-предшественников почечной ткани, которые в норме должны были превратиться в зрелую почку. Большинство случаев возникает спорадически, но есть несколько генетических синдромов (WAGR, Беквита-Видемана, Денис-Драша), при которых риск значительно повышен и нужен регулярный скрининг.

Главная особенность — длительное бессимптомное течение. Часто опухоль обнаруживается родителями случайно при купании или одевании ребёнка как прощупываемое образование в животе. Реже первые проявления — это кровь в моче, повышенное давление, неопределённые боли. Поэтому регулярные осмотры у педиатра с пальпацией живота, особенно в первые годы жизни, — важный элемент детской медицины.

Диагностика опирается на УЗИ, КТ или МРТ органов брюшной полости и обязательное КТ грудной клетки для исключения метастазов в лёгкие. Биопсия в начале лечения обычно не выполняется, чтобы не нарушить «капсулу» опухоли и не повысить стадию.

Современное лечение включает три ключевых компонента: операцию (нефрэктомию), химиотерапию и при необходимости лучевую терапию. В Европе и России преобладает подход с предоперационной химиотерапией (протокол SIOP), позволяющей уменьшить опухоль перед удалением. В США чаще оперируют в первую очередь (протокол COG). Оба подхода эффективны.

Прогноз сегодня очень хороший: общая пятилетняя выживаемость составляет 85–90%, а на ранних стадиях с благоприятной гистологией — 95% и выше. Это одна из самых ярких историй успеха современной детской онкологии. После лечения ребёнок обычно живёт с одной почкой и нуждается в длительном (но не строгом) наблюдении, контроле артериального давления, отказе от контактных видов спорта.

Главное, что должны запомнить родители: опухоль Вильмса — не приговор, а излечимая в подавляющем большинстве случаев болезнь. При первых подозрениях — образовании в животе, крови в моче, повышенном давлении у ребёнка — необходимо в ближайшие дни обратиться к педиатру, и далее, при необходимости, в специализированный центр детской онкологии. Чем раньше начато лечение, тем лучше прогноз — и сегодня этот прогноз действительно очень хороший.

---

Источники

1. Поляков В.Г., Шароев Т.А., Хмелевская В.Н. (ред.). Детская онкология. Национальное руководство. — М.: ГЭОТАР-Медиа, 2020.
2. Spreafico F., Fernandez C.V., Brok J. et al. Wilms tumour. Nature Reviews Disease Primers, 2021; 7(1): 75.
3. Качанов Д.Ю., Шаманская Т.В., Варфоломеева С.Р. Нефробластома: эпидемиология и клинические особенности. // Российский журнал детской гематологии и онкологии. — 2018. — Т. 5. — № 4. — С. 70–82.
4. Beckwith J.B., Kiviat N.B., Bonadio J.F. Nephrogenic rests, nephroblastomatosis, and the pathogenesis of Wilms’ tumor. Pediatric Pathology, 1990; 10(1–2): 1–36.
5. Scott R.H., Walker L., Olsen Ø.E. et al. Surveillance for Wilms tumour in at-risk children: pragmatic recommendations for best practice. Archives of Disease in Childhood, 2006; 91(12): 995–999.
6. Hol J.A., Jongmans M.C.J., Sudour-Bonnange H. et al. Clinical characteristics and outcomes of children with WAGR syndrome and Wilms tumor. Pediatric Blood & Cancer, 2021; 68(7): e29066.
7. Davidoff A.M. Wilms tumor. Advances in Pediatrics, 2012; 59(1): 247–267.
8. Vujanić G.M., Sandstedt B., Harms D. et al. Revised International Society of Paediatric Oncology (SIOP) working classification of renal tumors of childhood. Medical and Pediatric Oncology, 2002; 38(2): 79–82.
9. Dome J.S., Graf N., Geller J.I. et al. Advances in Wilms tumor treatment and biology: progress through international collaboration. Journal of Clinical Oncology, 2015; 33(27): 2999–3007.
10. Pasqualini C., Furtwängler R., van Tinteren H. et al. Outcome of patients with stage IV high-risk Wilms tumour treated according to the SIOP2001 protocol: A report of the SIOP Renal Tumour Study Group. European Journal of Cancer, 2020; 128: 38–46.
11. van den Heuvel-Eibrink M.M., Hol J.A., Pritchard-Jones K. et al. Position paper: Rationale for the treatment of Wilms tumour in the UMBRELLA SIOP-RTSG 2016 protocol. Nature Reviews Urology, 2017; 14(12): 743–752.
12. Termuhlen A.M., Tersak J.M., Liu Q. et al. Twenty-five year follow-up of childhood Wilms tumor: a report from the Childhood Cancer Survivor Study. Pediatric Blood & Cancer, 2011; 57(7): 1210–1216.
13. Шароев Т.А., Иванова Н.М., Бойченко Е.И. и др. Современные подходы к хирургическому лечению нефробластомы у детей. // Онкопедиатрия. — 2017. — Т. 4. — № 2. — С. 134–141.
14. Pritchard-Jones K., Bergeron C., de Camargo B. et al. Omission of doxorubicin from the treatment of stage II–III, intermediate-risk Wilms’ tumour (SIOP WT 2001): an open-label, non-inferiority, randomised controlled trial. The Lancet, 2015; 386(9999): 1156–1164.
15. Cotton C.A., Peterson S., Norkool P.A. et al. Early and late mortality after diagnosis of Wilms tumor. Journal of Clinical Oncology, 2009; 27(8): 1304–1309.
16. Lehrnbecher T., Robinson P., Fisher B. et al. Guideline for the management of fever and neutropenia in children with cancer and hematopoietic stem-cell transplantation recipients: 2017 update. Journal of Clinical Oncology, 2017; 35(18): 2082–2094.
17. Варфоломеева С.Р., Качанов Д.Ю., Шаманская Т.В. и др. Опухоли почек у детей: достижения и нерешённые проблемы. // Онкология. Журнал им. П.А. Герцена. — 2019. — Т. 8. — № 4. — С. 318–325.

*Статья носит информационный характер. Для профессиональной помощи обратитесь к специалисту.*