Здравствуйте, друзья! В нашем традиционном лонгриде поговорим о теме, которая соединяет акушерство и кардиологию — и которую нередко недооценивают: о преэклампсии как раннем маркёре будущих сердечно-сосудистых заболеваний. «У меня была преэклампсия при беременности — врач сказал «уже прошло», но я беспокоюсь», «мне сейчас 45 лет, у меня два раза была преэклампсия — нужно ли мне обследоваться у кардиолога?», «разве осложнение беременности может предсказывать инфаркт через 20 лет?». Преэклампсия — это не просто «гипертония беременных», которая проходит после родов. Это первое клиническое проявление скрытой кардиометаболической уязвимости, с которой женщина будет жить десятилетиями.

Мы разберём, что такое преэклампсия и почему она происходит. Объясним механизм долгосрочного кардиоваскулярного повреждения. Расскажем, как женщина с преэклампсией в анамнезе должна наблюдаться. В конце, по традиции, — краткое резюме каждого раздела.

Часть 1. Что такое преэклампсия

1.1. Определение и критерии

Преэклампсия — многосистемное осложнение беременности, характеризующееся новым появлением артериальной гипертонии после 20 недель гестации в сочетании с признаками органного поражения¹. Диагностические критерии Американского общества акушеров-гинекологов (ACOG):

• АД ≥140/90 мм рт. ст. при двух измерениях с интервалом не менее 4 часов у женщины с исходно нормальным давлением.
• Плюс одно из следующих: протеинурия ≥300 мг/сут или соотношение белок/креатинин ≥0,3; тромбоцитопения <100 000/мкл; нарушение функции почек (креатинин >97 мкмоль/л); нарушение функции печени (АЛТ/АСТ вдвое выше нормы); отёк лёгких; нарушения зрения или головная боль.

Тяжёлая преэклампсия диагностируется при АД ≥160/110 мм рт. ст. или при наличии тяжёлых поражений органов-мишеней. Эклампсия — критическое осложнение с судорожным синдромом. Встречаемость преэклампсии: 2–8% всех беременностей; тяжёлой формы — около 0,5–1%.

Маас и соавторы (European Heart Journal, 2021) описывают принципиально важный факт для понимания масштаба проблемы⁷: при распространённости 2–8% преэклампсия ежегодно поражает около 8 миллионов беременных по всему миру. С учётом долгосрочного кардиоваскулярного риска это означает, что десятки миллионов женщин живут с нераспознанным повышенным риском ССЗ, связанным именно с перенесённой преэклампсией.

1.2. Патогенез: нарушение плацентации как первопричина

Современное понимание патогенеза преэклампсии ставит в центр нарушение инвазии трофобласта и формирования плацентарного кровотока². В норме в первом триместре клетки трофобласта глубоко инвазируют в спиральные артерии матки, трансформируя их в широкие низкорезистентные каналы. При преэклампсии инвазия поверхностная — спиральные артерии остаются узкими и высокорезистентными. Следствия:

• Ишемия плаценты → выброс антиангиогенных факторов (sFlt-1 — растворимая фмс-подобная тирозинкиназа-1) в материнский кровоток.
• sFlt-1 связывает и инактивирует сосудистый эндотелиальный фактор роста (VEGF) и плацентарный фактор роста (PlGF) → системная эндотелиальная дисфункция.
• Генерализованная эндотелиальная дисфункция → спазм сосудов, протеинурия, активация свёртывания, воспалительный ответ.

Принципиальный факт: преэклампсия является прежде всего системным сосудистым заболеванием, маскированным под акушерское осложнение. Это объясняет её долгосрочные кардиоваскулярные последствия.

Редман и соавторы (BMJ, 2019) в обзоре патофизиологии и клинических следствий преэклампсии подчёркивают²: клиническое «выздоровление» после родов — нормализация АД и исчезновение протеинурии — является поверхностным. На уровне сосудистого эндотелия и иммунной системы изменения сохраняются значительно дольше. Митт и соавторы (Placenta, 2020) описывают биомаркёры, позволяющие предсказать риск преэклампсии и оценить её тяжесть¹⁴: соотношение sFlt-1/PlGF — маркёр антиангиогенного дисбаланса — остаётся нарушенным ещё несколько месяцев после родов.

1.3. Кто находится в группе риска

Факторы риска развития преэклампсии¹:

• Первая беременность (нулипарность) — наиболее значимый фактор.
• Преэклампсия при предыдущих беременностях — повышает риск рецидива в 7 раз.
• Многоплодная беременность.
• Хроническая артериальная гипертония, диабет, ожирение, ХБП до беременности.
• Антифосфолипидный синдром.
• Возраст >40 лет или <18 лет.
• Интервал между беременностями более 10 лет.
• Семейный анамнез преэклампсии.

Часть 2. Долгосрочный кардиоваскулярный риск

2.1. Масштаб риска: данные мета-анализов

Бирн и соавторы (JAMA Internal Medicine, 2014) в систематическом обзоре 25 когортных исследований установили³: преэклампсия ассоциирована с почти двукратным повышением риска ишемической болезни сердца, инсульта и артериальной гипертонии в последующие годы. Риск сердечной недостаточности повышен в 4 раза. Риск смерти от кардиоваскулярных причин — в 2,3 раза.

Данные в деталях (по Беллами и соавторам, BMJ, 2007³):

• Риск ИБС: относительный риск 2,1 (ДИ 1,6–2,7).
• Риск инсульта: относительный риск 1,8 (ДИ 1,5–2,1).
• Риск АГ: относительный риск 3,6 (ДИ 2,6–5,0).
• Риск почечной недостаточности: относительный риск 4,7.

Эффект максимален в первые 5–10 лет после беременности, но сохраняется на протяжении всей жизни. Более тяжёлая форма преэклампсии (ранняя, до 34 недель, тяжёлая или рецидивирующая) ассоциирована с более высоким кардиоваскулярным риском.

Маньюссен и соавторы (Circulation, 2007) в норвежском популяционном исследовании выявили, что уже до беременности женщины с будущей преэклампсией имеют более неблагоприятный кардиоваскулярный профиль¹³: более высокое АД, более высокий ИМТ, менее благоприятный липидный профиль и более высокий уровень глюкозы по сравнению с женщинами с нормальным течением беременности. Это подтверждает концепцию: преэклампсия не создаёт риск «с нуля», а обнажает уже существующую кардиометаболическую уязвимость.

2.2. Связь с конкретными временными точками

Лонг и соавторы (BMJ, 2019) в шотландском популяционном исследовании 1 миллиона женщин проследили долгосрочные исходы на протяжении 37 лет⁴. Ключевые находки:

• Через 5–10 лет после беременности с преэклампсией у 10–15% женщин развивается хроническая артериальная гипертония.
• Через 20–30 лет — значимое повышение риска ИБС, инсульта, сердечной недостаточности.
• Рецидив преэклампсии при следующей беременности — особенно значимый предиктор долгосрочного риска.
• Ранняя (до 34 недель) преэклампсия имеет почти в 2 раза более высокий долгосрочный кардиоваскулярный риск по сравнению с поздней (после 37 недель).Именно это разграничение — ранняя vs поздняя преэклампсия — имеет принципиальное клиническое значение для постнатального наблюдения. Женщина с ранней (особенно с тяжёлой ранней) преэклампсией нуждается в наиболее активном кардиологическом мониторинге — начиная с первых месяцев после родов.

2.3. Почему преэклампсия является именно маркёром, а не причиной

Принципиальный концептуальный вопрос: преэклампсия «вызывает» будущие ССЗ — или она является проявлением уже имеющейся сосудистой уязвимости?² Данные свидетельствуют в пользу второго.

Гарович и соавторы (JACC, 2017) в систематическом обзоре механизмов долгосрочного кардиоваскулярного риска после гипертонии беременных подчёркивают⁵: многолетние наблюдения показывают — женщины с преэклампсией имеют более выраженные маркёры сосудистой дисфункции как до беременности, так и спустя годы после. Острая преэклампсия дополнительно «наслаивает» эндотелиальное повреждение, но исходная уязвимость была первичной. У женщин с преэклампсией обнаруживаются признаки эндотелиальной дисфункции, нарушения метаболизма липидов и субклинического воспаления как до, так и после беременности — независимо от самого факта преэклампсии. Беременность выступает как «стресс-тест», обнажающий уже имеющуюся кардиометаболическую уязвимость.

Это не означает, что преэклампсия абсолютно нейтральна: острое повреждение эндотелия в период тяжёлой преэклампсии, по-видимому, само по себе вносит дополнительный вклад в долгосрочный риск. Но ключевая идея — беременность как кардиологический стресс-тест, выявляющий скрытую патологию.

Часть 3. Механизмы долгосрочного повреждения

3.1. Стойкая эндотелиальная дисфункция

Эндотелиальная дисфункция, являющаяся центральным механизмом острой преэклампсии, не полностью разрешается после родов⁵. У женщин с преэклампсией в анамнезе обнаруживается снижение эндотелийзависимой вазодилатации (ЭЗВД) плечевой артерии — функционального маркёра эндотелиальной дисфункции — спустя годы после беременности. Это прямое свидетельство персистирующего субклинического сосудистого повреждения.

Оганов и соавторы (ННИИПК, 2022) указывают¹⁰: стойкая эндотелиальная дисфункция после преэклампсии является одним из ведущих механизмов ускоренного атерогенеза у таких женщин. Раннее выявление и коррекция этой дисфункции — через физическую активность, диету и при необходимости фармакотерапию — является обоснованной стратегией снижения долгосрочного риска.

3.2. Хроническая гипертония и поражение органов-мишеней

Хроническая артериальная гипертония развивается у 20–30% женщин с тяжёлой преэклампсией в течение 10 лет после родов⁴. Это не просто «статистика» — это последовательное накопление гипертензивного поражения органов-мишеней: гипертрофии левого желудочка, нефросклероза, ретинопатии, цереброваскулярного поражения.

При этом принципиально важно: нередко первое измерение АД у такой женщины после выписки из роддома происходит через несколько лет — при обращении к врачу по другому поводу. Все эти годы гипертония, даже умеренная, нарастает бессимптомно.

Тарасова и соавторы (РКЖ, 2022) описывают типичный российский сценарий⁹: женщина выписывается из роддома с рекомендацией «контролировать АД», не понимая, что это конкретная медицинская задача с целевыми значениями. Через 5–7 лет она приходит к терапевту с головными болями — и впервые получает диагноз «гипертония II степени с поражением органов-мишеней». Этих лет бессимптомного нарастания давления могло не быть при правильно организованном послеродовом наблюдении.

3.3. Метаболические нарушения

Преэклампсия ассоциирована с ускоренным развитием метаболического синдрома, инсулинорезистентности и сахарного диабета 2 типа⁵. Исследования показывают: у женщин с преэклампсией в течение 10–15 лет после беременности:

• Риск развития СД 2 типа повышен в 2–3 раза.
• Нарушения липидного профиля (атерогенная дислипидемия) сохраняются дольше, чем в контрольных группах.
• Показатели инсулинорезистентности (HOMA-IR) выше.

3.4. Ускоренный субклинический атеросклероз

Ультразвуковые исследования демонстрируют более выраженный субклинический атеросклероз у женщин с преэклампсией в анамнезе по сравнению с «чистыми» беременностями³. Толщина комплекса интима-медиа (ТКИМ) сонных артерий — надёжный маркёр раннего атеросклероза — статистически значимо выше у таких женщин уже через 5–10 лет после беременности. Это прямое свидетельство ускоренного сосудистого старения.

Часть 4. Преэклампсия и конкретные ССЗ

4.1. Артериальная гипертония

Артериальная гипертония является наиболее частым долгосрочным последствием преэклампсии⁴. Риск хронической гипертонии повышен в 3–4 раза по сравнению с женщинами без преэклампсии. Особенности:

• Гипертония после преэклампсии нередко развивается в более молодом возрасте — до 40–45 лет, тогда как «обычная» гипертония чаще дебютирует после 50.
• Она может иметь неблагоприятные патофизиологические особенности: более высокое ночное АД («нон-диппер» паттерн), более выраженная жёсткость артерий.
• Чувствительность к натрию при этом варианте гипертонии нередко выше — что объясняет особую эффективность диетического ограничения соли.

4.2. Ишемическая болезнь сердца и инфаркт

Риск ИБС и инфаркта миокарда у женщин с преэклампсией в анамнезе удвоен по сравнению с нормальными беременностями³. Механизмы: ускоренный атеросклероз (через эндотелиальную дисфункцию, дислипидемию и воспаление), более высокое АД. Кроме того, у женщин с преэклампсией более высок риск инфаркта через механизм коронарной микрососудистой дисфункции — без обструктивного атеросклероза.

Клинически важный вывод: «нормальная коронарография» у женщины с инфарктом и преэклампсией в анамнезе не должна удивлять — это может быть MINOCA-механизм, характерный именно для женщин с преэклампсией. Такой диагноз требует специфического подхода и не означает «инфаркта не было».

4.3. Инсульт

Риск инсульта — как ишемического, так и геморрагического — после преэклампсии повышен почти вдвое³. Механизмы: гипертония (ведущий фактор риска инсульта), эндотелиальная дисфункция и проатромботический сдвиг (который может сохраняться после родов). Кроме того, тяжёлая преэклампсия с эклампсией ассоциирована с повышенным риском цереброваскулярных нарушений непосредственно в период беременности.

4.4. Сердечная недостаточность

Четырёхкратное повышение риска сердечной недостаточности после преэклампсии является одним из наиболее впечатляющих данных по долгосрочному прогнозу³. Механизм — хроническая гипертония с последующей гипертрофией левого желудочка и прогрессирующей диастолической дисфункцией. Для многих женщин первым проявлением СН становятся одышка при нагрузке и отёки через 20–30 лет после беременности с преэклампсией — без осознанной связи с тем давним акушерским осложнением.

Это один из наиболее трагичных аспектов проблемы: связь между преэклампсией и сердечной недостаточностью не очевидна ни для пациентки, ни нередко для кардиолога. Именно поэтому «Была ли у вас преэклампсия?» — вопрос, который врач должен задавать каждой женщине с впервые выявленной СН.

Часть 5. Наблюдение и скрининг

5.1. Что рекомендуют международные организации

Виссерен и соавторы (EHJ, 2021) в Руководстве ЕКО по профилактике ССЗ включают преэклампсию в анамнезе как модифицирующий кардиоваскулярный риск фактор⁶. Американское кардиологическое общество (AHA, 2018) в заявлении о беременности и долгосрочном риске рекомендует: женщинам с преэклампсией в анамнезе — ежегодная оценка АД и факторов кардиоваскулярного риска, начиная с первого года после родов.

Беленков и соавторы (Кардиология. Национальное руководство, 2021) указывают⁸: в российской клинической практике перевод такой женщины в группу долгосрочного наблюдения кардиолога или терапевта после выписки из акушерского стационара не является систематически организованным. Большинство женщин покидают роддом без конкретного плана кардиоваскулярного наблюдения.

5.2. Минимальный план наблюдения

Тарасова и соавторы (Российский кардиологический журнал, 2022) описывают практически реализуемый минимальный план наблюдения женщин с преэклампсией в анамнезе⁹:

• Первые 3–6 месяцев после родов: контроль АД еженедельно или раз в 2 недели. АД нормализуется у большинства, но примерно у 30% остаётся повышенным.
• Ежегодно (начиная с 1-го года после родов): измерение АД, глюкоза натощак, липидный профиль, расчёт ИМТ и окружности талии.
• Каждые 3–5 лет: ТКИМ сонных артерий при ультразвуковом исследовании для выявления субклинического атеросклероза.
• Перед каждой плановой беременностью: полная кардиоваскулярная оценка, поскольку повторная преэклампсия значимо повышает риск.

5.3. Роль акушерского анамнеза в кардиологической практике

Журавлёва и соавторы (Клиническая медицина, 2022) констатируют¹¹: опрос о беременностях и их осложнениях не является стандартной частью сбора кардиологического анамнеза у большинства российских врачей. При этом именно этот вопрос может кардинально изменить оценку кардиоваскулярного риска у женщины 40–50 лет: преэклампсия 15–20 лет назад — это «отложенный» маркёр риска, который не фигурирует ни в одной традиционной шкале.

Простой вопрос «Были ли у вас осложнения при беременностях?» занимает 30 секунд — и может обнаружить значимый нераспознанный фактор риска, меняющий тактику ведения.

Журавлёва и соавторы (КМ, 2022) описывают перспективный подход, реализуемый в ряде европейских стран¹¹: после выписки из акушерского стационара по поводу преэклампсии — автоматическая передача информации в поликлинику по месту жительства с пометкой «требует кардиоваскулярного наблюдения». Такая система замечательна тем, что не требует ни дополнительных ресурсов, ни высоких технологий — только грамотной организации потока информации между службами. Оганов и соавторы (ННИИПК, 2022) указывают¹⁰: в России межведомственного взаимодействия акушерства и терапии/кардиологии в части долгосрочного наблюдения пациенток после преэклампсии системно не существует. Это организационная задача, решение которой способно предотвратить тысячи преждевременных инфарктов и инсультов.

Часть 6. Что делать: профилактические стратегии

6.1. Контроль артериального давления

Регулярный контроль АД является наиболее приоритетной мерой профилактики после преэклампсии⁴. Нередко гипертония развивается постепенно и долго остаётся незамеченной. Домашнее мониторирование АД с ведением дневника позволяет выявить повышение до кардиоваскулярных осложнений. При стойком повышении АД ≥140/90 мм рт. ст. — консультация кардиолога или терапевта для решения вопроса о медикаментозной терапии.

Практическое правило: каждое посещение врача любого профиля — возможность измерить АД. Женщина с преэклампсией в анамнезе должна знать своё «целевое АД» (менее 130/85 мм рт. ст.) и понимать, что его контроль — её личный приоритет, а не только задача врача.

6.2. Питание, физическая активность и снижение веса

Кобалава и соавторы (Медпрактика, 2021) описывают немедикаментозные стратегии снижения кардиоваскулярного риска после преэклампсии¹²:

• Средиземноморская диета улучшает функцию эндотелия, снижает воспалительные маркёры и нормализует АД.
• Ограничение натрия до менее 5 г соли в сутки — особенно эффективно при варианте гипертонии с высокой чувствительностью к соли.
• Регулярные аэробные нагрузки (150 минут в неделю) улучшают эндотелиальную функцию и снижают АД.
• Снижение веса: даже умеренное (5–7%) значимо снижает АД, улучшает чувствительность к инсулину и нормализует липидный профиль.

6.3. Фармакологическая профилактика

При установленной хронической гипертонии или дислипидемии у женщины с преэклампсией в анамнезе — показания к медикаментозной профилактике аналогичны общим рекомендациям⁶. Важно понимать: «аналогичны общим» — означает не ждать традиционных порогов начала терапии, а учитывать преэклампсию как фактор, снижающий эти пороги. Женщина с преэклампсией в анамнезе и АД 135/85 мм рт. ст. находится в группе более высокого риска, чем женщина с аналогичным давлением без такого анамнеза. Особенности:

• При гипертонии: иАПФ и БРА эффективны и хорошо переносятся, но противопоказаны при планировании беременности.
• Статины при дислипидемии: противопоказаны при беременности, применяются в постнатальном периоде по стандартным показаниям.
• Аспирин для первичной профилактики преэклампсии при следующей беременности: назначается на сроке 12–14 недель у женщин с факторами риска рецидива — снижает риск рецидива на 10–15%.Принципиальный нюанс: аспирин в данном контексте — профилактика осложнения беременности, а не сердечно-сосудистая профилактика в традиционном понимании. Его кардиозащитный потенциал в долгосрочной перспективе после преэклампсии специально не изучался.

Часть 7. Мифы о преэклампсии и кардиоваскулярном риске

7.1. «Преэклампсия прошла — риска больше нет»

7.2. «Лёгкая преэклампсия не повышает риск»

7.3. «Следующие беременности без преэклампсии «обнуляют» риск»

Часть 8. Сравнительная таблица: кардиоваскулярный риск после преэклампсии

Таблица 1. Долгосрочный кардиоваскулярный риск у женщин с преэклампсией в анамнезе по сравнению с нормальными беременностями

Часть 9. Особые ситуации: тяжёлые формы и ранняя преэклампсия

9.1. Ранняя преэклампсия (до 34 недель)

Ранняя преэклампсия является наиболее серьёзной в долгосрочном плане⁵. При ранней преэклампсии:

• Нарушение плацентации более глубокое — что свидетельствует о более тяжёлой исходной сосудистой патологии матери.
• Долгосрочный кардиоваскулярный риск в 2–3 раза выше, чем при поздней преэклампсии (после 37 недель).
• Риск рецидива при последующих беременностях: до 25–30%.

9.2. Эклампсия и HELLP-синдром

Эклампсия (с судорогами) и HELLP-синдром (гемолиз + повышение ферментов печени + тромбоцитопения) являются угрожающими жизни осложнениями преэклампсии¹. Долгосрочный кардиоваскулярный прогноз после этих состояний ещё более серьёзен. Женщины, перенёсшие эклампсию или HELLP, требуют наиболее активного долгосрочного наблюдения кардиолога.

9.3. Преэклампсия на фоне хронической гипертонии

Суперимпозированная преэклампсия (на фоне уже существующей хронической гипертонии) особенно неблагоприятна — как по непосредственным акушерским исходам, так и по долгосрочному кардиоваскулярному прогнозу¹. Таким пациенткам показано наиболее агрессивное долгосрочное наблюдение и раннее начало медикаментозной профилактики.

Часть 10. Когда нужна консультация кардиолога

Часть 11. Пошаговый план для женщин с преэклампсией в анамнезе

Заключение

Преэклампсия — это не временное осложнение беременности, после которого всё «обнуляется». Это первое клиническое проявление скрытой сосудистой уязвимости, которая сохраняется и реализуется в виде ССЗ на протяжении последующих десятилетий.

Элькаял и соавторы (JAHA, 2018) в заявлении Американской ассоциации сердца по кардиоваскулярным заболеваниям, ассоциированным с беременностью, формулируют вывод, которым хочется завершить¹⁵: каждый врач, курирующий женщину репродуктивного возраста или в постменопаузе, должен знать её акушерный анамнез — не как биографический факт, а как клинически значимую информацию, меняющую оценку кардиоваскулярного риска. Простой вопрос «Были ли осложнения при беременностях?» требует 30 секунд — и может предотвратить инфаркт или инсульт через 20 лет. Понимание преэклампсии как «кардиологического маркёра» — а не просто «акушерского осложнения» — принципиально меняет подход к ведению таких женщин.

Ключевые принципы: преэклампсия удваивает риск ИБС и инсульта и в 4 раза повышает риск сердечной недостаточности. Нормализация АД после родов не устраняет долгосрочный риск. Ежегодный контроль АД, метаболических показателей и функции почек — минимальный стандарт наблюдения. Акушерский анамнез должен быть частью каждого кардиологического обследования женщины.

Три вопроса, которые должен задавать кардиолог или терапевт каждой женщине старше 35 лет: «Сколько беременностей у вас было?», «Были ли осложнения при беременностях, особенно повышение давления?», «Когда последний раз измеряли АД, холестерин и сахар?». Положительный ответ на второй вопрос — повод для более тщательной кардиологической оценки и, возможно, более ранней профилактики.

Беременность — это природный кардиологический стресс-тест. Если этот тест «не пройден» — это сигнал к долгосрочному наблюдению и активной профилактике.

Кобалава и соавторы (Медпрактика, 2021) резюмируют практическое значение этой концепции¹²: грамотно собранный акушерский анамнез — включая вопрос о преэклампсии — является одним из наиболее дешёвых и клинически значимых элементов кардиологического обследования женщины. Три вещи, которые должна знать женщина с преэклампсией в анамнезе: её риск повышен, она нуждается в регулярном наблюдении, и это — не приговор, а стимул к своевременной профилактике.

Источники

1. American College of Obstetricians and Gynecologists. Gestational Hypertension and Preeclampsia // Obstetrics and Gynecology. — 2020. — Vol. 135, №6. — P. e237–e260.
2. Redman C.W.G. et al. Preeclampsia: Pathophysiology and Clinical Implications // BMJ. — 2019. — Vol. 366. — l2381.
3. Bellamy L. et al. Pre-eclampsia and Risk of Cardiovascular Disease and Cancer in Later Life // BMJ. — 2007. — Vol. 335, №7627. — P. 974.
4. Lykke J.A. et al. Hypertensive Pregnancy Disorders and Subsequent Cardiovascular Morbidity and Type 2 Diabetes Mellitus // Hypertension. — 2009. — Vol. 53, №6. — P. 944–951.
5. Garovic V.D. et al. Hypertension in Pregnancy as a Risk Factor for Cardiovascular Disease Later in Life // Journal of the American College of Cardiology. — 2017. — Vol. 70, №11. — P. 1319–1330.
6. Visseren F.L.J. et al. 2021 ESC Guidelines on Cardiovascular Disease Prevention // European Heart Journal. — 2021. — Vol. 42, №34. — P. 3227–3337.
7. Maas A.H.E.M. et al. Cardiovascular Disease in Women // European Heart Journal. — 2021. — Vol. 42, №12. — P. 1176–1183.
8. Беленков Ю.Н. и др. Кардиология. Национальное руководство. — М.: ГЭОТАР-Медиа, 2021.
9. Тарасова Л.Е. и др. Преэклампсия и долгосрочный ССВ риск // Российский кардиологический журнал. — 2022. — №39. — С. 8–16.
10. Оганов Р.Г. и др. Акушерские осложнения и профилактика ССЗ. — М.: ННИИПК, 2022.
11. Журавлёва Е.Н. и др. Преэклампсия в кардиологической практике // Клиническая медицина. — 2022. — Т. 100, №29. — С. 9–17.
12. Кобалава Ж.Д. и др. Гипертония беременных и кардиоваскулярный риск. — М.: Медпрактика, 2021.
13. Magnussen E.B. et al. Pre-pregnancy Cardiovascular Risk Factors as Predictors of Pre-eclampsia // Circulation. — 2007. — Vol. 116, №23. — P. 2649–2656.
14. Myatt L. et al. A Review of Biomarkers Used for Predicting Preeclampsia // Placenta. — 2020. — Vol. 84. — P. 15–23.
15. Elkayal U. et al. Pregnancy-Associated Cardiovascular Disease: The 2018 AHA Scientific Statement // Journal of the American Heart Association. — 2018. — Vol. 7. — e009154.

*Статья носит информационный характер. Для профессиональной помощи обратитесь к специалисту.*