Здравствуйте, друзья! В нашем традиционном лонгриде поговорим о революционном направлении современной аллергологии и иммунологии — о современных биологических препаратах в лечении тяжёлой эозинофильной астмы и наследственного ангиоотёка. Мы уже подробно обсуждали биологическую терапию атопического дерматита (препарат дупилумаб) в одной из предыдущих статей. Сегодня сосредоточимся на других важных классах биологических препаратов — анти-интерлейкин-5 терапии (меполизумаб, реслизумаб, бенрализумаб) и ингибиторе калликреина (ланаделумаб). Эти препараты радикально изменили возможности лечения тяжёлых заболеваний, при которых стандартная терапия не работала, и пациенты годами страдали без эффективной помощи.

Главная революционность этих препаратов — в их прицельности действия. В отличие от системных кортикостероидов, которые действуют на иммунную систему «вслепую», подавляя её в целом и вызывая множество побочных эффектов, биологические препараты блокируют конкретные молекулы или клетки, ответственные за конкретные заболевания. Меполизумаб блокирует интерлейкин-5 — главный фактор роста эозинофилов. Бенрализумаб дополнительно вызывает гибель самих эозинофилов. Ланаделумаб блокирует калликреин — фермент, запускающий каскад при наследственном ангиоотёке. Это таргетная терапия в её лучшем виде.

Особенно важно понимание этих препаратов для пациентов с тяжёлой астмой и наследственным ангиоотёком. Тяжёлая эозинофильная астма — это болезнь, при которой обычные ингаляторы и даже системные кортикостероиды не справляются, обострения требуют госпитализации, качество жизни катастрофически снижено. Наследственный ангиоотёк — редкое генетическое заболевание, проявляющееся атаками отёков, способных вызвать удушение через отёк гортани. Раньше эти заболевания приводили к инвалидизации и преждевременной смерти. Теперь биологическая терапия даёт реальную возможность нормальной жизни.

Мы разберём, что такое эозинофилы и какова их роль в патологии. Подробно расскажем о трёх главных анти-интерлейкин-5 препаратах — меполизумабе, реслизумабе и бенрализумабе — их механизмах, показаниях, эффективности, побочных эффектах. Поговорим о наследственном ангиоотёке как особом заболевании и о современных методах его лечения, особенно о ланаделумабе. Объясним простыми словами все термины — эозинофилы, интерлейкин-5, моноклональные антитела, C1-ингибитор, брадикинин. Развеем главные мифы. И конечно — в каких случаях нужно срочно обращаться к врачу. В конце, по традиции, приведём краткое резюме по каждому разделу.

Часть 1. Эозинофилы и их роль в аллергических заболеваниях

Прежде чем разбирать препараты, направленные против эозинофилов, важно понять, что это за клетки и почему они стали мишенью лечения.

1.1. Что такое эозинофилы

Эозинофилы — это один из видов белых кровяных клеток (лейкоцитов), относящихся к гранулоцитам¹. Получили своё название от способности окрашиваться красителем эозином в красный цвет (отсюда «эозинофилы» — «любящие эозин»).

Главные характеристики

• Размер 12-17 микрометров.
• Двулопастное ядро.
• Многочисленные гранулы в цитоплазме с биологически активными веществами.
• Срок жизни в крови — 8-18 часов, в тканях — до нескольких недель.
• В норме составляют 1-5% от общего количества лейкоцитов крови (50-500 клеток в микролитре).

1.2. Функции эозинофилов

В норме эозинофилы выполняют важные защитные функции²:

Защита от паразитов

• Особенно от крупных многоклеточных паразитов (гельминтов).
• Способны атаковать паразитов, не способных к фагоцитозу из-за их размера.
• Выделяют токсические для паразитов вещества из гранул.

Участие в аллергических реакциях

• Привлекаются в очаги аллергического воспаления.
• Поддерживают хроническое воспаление.
• Особенно активны при поздней фазе аллергической реакции (через 6-24 часа).

Регуляция иммунитета

• Взаимодействуют с другими иммунными клетками.
• Выделяют цитокины.
• Участвуют в репарации тканей.

1.3. Когда эозинофилы становятся проблемой

³:

Эозинофилия — повышенный уровень эозинофилов

• Лёгкая — 500-1500 в микролитре.
• Умеренная — 1500-5000.
• Тяжёлая — более 5000.

Главные причины

• Аллергические заболевания — астма, ринит, атопический дерматит, пищевая аллергия.
• Паразитарные инфекции — гельминтозы.
• Лекарственные реакции.
• Эозинофильные заболевания — эозинофильный эзофагит, эозинофильный гастрит и колит.
• Гиперэозинофильный синдром — редкое тяжёлое состояние с поражением многих органов.
• Эозинофильный гранулематозный полиангиит (синдром Чёрджа-Стросс) — аутоиммунное заболевание.

1.4. Эозинофильная астма

Особо важная категория для нашей темы⁴:

Что это

Эозинофильная астма — это форма бронхиальной астмы, при которой главным механизмом воспаления является накопление эозинофилов в дыхательных путях (см. также нашу статью «Виды астмы»).

Особенности

• Около 50-60% всех случаев тяжёлой астмы.
• Часто плохо контролируется обычной терапией.
• Частые обострения, требующие госпитализаций.
• Высокая потребность в системных кортикостероидах.
• Эозинофилы в крови более 300 в микролитре.
• Эозинофилы в мокроте более 3%.
• Часто сочетается с полипозом носа.

Главный «мотор» — интерлейкин-5

• Интерлейкин-5 — это цитокин, главный регулятор всех эозинофилов: их образования в костном мозге, выхода в кровь, активации, выживания, миграции в ткани.
• Блокада интерлейкина-5 или его рецептора — основа таргетной терапии эозинофильной астмы.
• Это и есть путь действия меполизумаба, реслизумаба и бенрализумаба.

1.5. Главное правило

Часть 2. Меполизумаб — первый анти-интерлейкин-5 препарат

Это исторически первый одобренный препарат против интерлейкина-5, открывший новую эру в лечении тяжёлой эозинофильной астмы.

2.1. История создания

⁶:

• Разработка началась в 1990-х годах после открытия роли интерлейкина-5 в патогенезе астмы.
• Меполизумаб — это моноклональное антитело, связывающее интерлейкин-5 в крови.
• Первые клинические исследования — конец 1990-х — начале 2000-х.
• В США одобрен в 2015 году для тяжёлой эозинофильной астмы.
• В России зарегистрирован в 2018 году (торговое название — «Нукала»).
• Производитель — GlaxoSmithKline.

2.2. Механизм действия

⁷:

Цель — интерлейкин-5

• Меполизумаб — гуманизированное моноклональное антитело против интерлейкина-5.
• Связывает интерлейкин-5 в крови, не давая ему действовать на эозинофилы.
• В результате эозинофилы не получают сигнала для роста, выживания и активации.
• Уровень эозинофилов в крови снижается на 80-90%.

Что НЕ происходит

• Меполизумаб НЕ уничтожает уже существующие эозинофилы напрямую.
• Он лишает их «питательной среды», заставляя постепенно умирать естественным путём.
• Эффект развивается постепенно — недели-месяцы.

2.3. Показания

⁸:

Тяжёлая эозинофильная астма

• У пациентов от 6 лет.
• С эозинофилами крови более 150-300 в микролитре.
• С частыми обострениями, несмотря на максимальную ингаляционную терапию.
• Часто пациенты на постоянных системных кортикостероидах.

Эозинофильный гранулематозный полиангиит (синдром Чёрджа-Стросс)

• Редкое аутоиммунное заболевание сосудов с эозинофилией.
• Меполизумаб помогает снижать дозы стероидов и улучшать течение.

Гиперэозинофильный синдром

• Редкое заболевание с тяжёлой эозинофилией и поражением органов.
• Меполизумаб одобрен и для этого показания.

Хронический риносинусит с полипами носа

• Одобрен в 2021 году.
• Особенно при сочетании с астмой.

2.4. Режим введения

• Подкожные инъекции 100 мг каждые 4 недели у взрослых.
• У детей 6-11 лет — 40 мг каждые 4 недели.
• Можно вводить дома (после первых инъекций под наблюдением).
• Существует версия в виде ручки-инъектора для самостоятельного введения.
• Продолжительность курса — обычно длительная, годами.

2.5. Эффективность

⁹:

Клинические исследования

Главные исследования — DREAM, MENSA, SIRIUS, MUSCA показали:

• Снижение частоты тяжёлых обострений астмы на 50-60%.
• Снижение потребности в системных кортикостероидах на 50%.
• Улучшение функции лёгких.
• Улучшение качества жизни.
• Снижение количества эозинофилов в крови на 80-90%.

2.6. Побочные эффекты

¹⁰:

Частые (более 5%)

• Головная боль.
• Реакции в месте инъекции (покраснение, болезненность, отёк).
• Боли в спине, мышцах.
• Усталость.

Менее частые

• Инфекции верхних дыхательных путей.
• Аллергические реакции (включая редкие случаи анафилаксии).
• Гиперчувствительность к препарату.

Теоретические опасения

• Поскольку эозинофилы участвуют в защите от паразитов, теоретически возможно повышение риска паразитарных инфекций. На практике этого не наблюдалось в клинических исследованиях.
• В эндемичных по гельминтам регионах нужна осторожность.

Часть 3. Реслизумаб и бенрализумаб — другие анти-интерлейкин-5 препараты

После успеха меполизумаба были разработаны ещё два препарата с похожим, но не идентичным механизмом действия.

3.1. Реслизумаб

¹¹:

Особенности

• Также моноклональное антитело против интерлейкина-5 (как меполизумаб).
• Одобрен в США в 2016 году, в России — позже.
• Торговое название — «Cinqair»/«Cinqaero».
• Производитель — Teva.

Отличия от меполизумаба

• Вводится внутривенно (капельница), не подкожно.
• Доза — 3 мг/кг каждые 4 недели.
• Требует посещения клиники для введения.
• Из-за внутривенного введения — несколько меньше удобства для пациента.
• Эффективность сравнима с меполизумабом.
• Только у взрослых (от 18 лет).

3.2. Бенрализумаб

¹²:

Особенности

• Это принципиально другой препарат — антитело против рецептора интерлейкина-5 (а не самого интерлейкина).
• Одобрен в США в 2017 году, в России зарегистрирован.
• Торговое название — «Fasenra».
• Производитель — AstraZeneca.

Уникальный механизм действия

• Связывается с рецептором интерлейкина-5 на самих эозинофилах.
• Это вызывает прямое уничтожение эозинофилов через антитело-зависимую клеточную цитотоксичность (механизм с участием NK-клеток).
• Эозинофилы в крови снижаются практически до нуля (на 95-100%) уже за несколько дней.
• Это самый быстрый и глубокий эффект среди всех анти-интерлейкин-5 препаратов.

Режим введения

• Подкожные инъекции 30 мг.
• Первые 3 дозы — каждые 4 недели.
• Затем — каждые 8 недель (удобство — 6 инъекций в год вместо 13).
• Существуют ручки-инъекторы для самостоятельного введения дома.

Эффективность

Главные исследования — SIROCCO, CALIMA, ZONDA¹³:

• Снижение частоты обострений астмы на 40-60%.
• Снижение потребности в системных кортикостероидах на 50-75%.
• Улучшение функции лёгких.
• Особенно эффективен у пациентов с высоким уровнем эозинофилов.

3.3. Сравнение анти-интерлейкин-5 препаратов

Таблица 1. Сравнение анти-интерлейкин-5 препаратов

3.4. Как выбирается препарат

¹⁴:

• Все три препарата имеют сравнимую эффективность при правильно подобранных показаниях.
• Выбор зависит от индивидуальных характеристик пациента, доступности, удобства введения, переносимости.
• Меполизумаб — для широкого спектра показаний (астма от 6 лет, синдром Чёрджа-Стросс, гиперэозинофильный синдром, полипоз).
• Реслизумаб — у взрослых с массой тела, требующей точной дозировки.
• Бенрализумаб — удобное введение (каждые 8 недель), самый глубокий эффект на эозинофилы.
• При неэффективности одного препарата — переход на другой иногда даёт результат.

3.5. Биомаркеры для подбора

Перед назначением биологической терапии оценивают¹⁵:

• Уровень эозинофилов в крови — главный критерий. Чем выше, тем лучше ожидаемый эффект. Минимум 150-300 в микролитре.
• Общий иммуноглобулин Е — также информативен.
• Оксид азота в выдыхаемом воздухе — показатель эозинофильного воспаления в дыхательных путях.
• Эозинофилы в мокроте — наиболее прямая оценка, но доступна не везде.
• Анамнез — частота обострений, потребность в стероидах, сопутствующие заболевания (полипоз).

Часть 4. Наследственный ангиоотёк — особая категория

Теперь переходим к другой группе препаратов — для лечения наследственного ангиоотёка. Это редкое, но серьёзное заболевание с особым механизмом.

4.1. Что такое наследственный ангиоотёк

Наследственный ангиоотёк (НАО) — это редкое генетическое заболевание, проявляющееся приступами отёков различной локализации¹⁶.

Эпидемиология

• Распространённость — 1 на 50 000 населения.
• В России — несколько тысяч пациентов.
• Часто недодиагностируется.
• Передаётся по аутосомно-доминантному типу — у 50% детей больного родителя есть мутация.
• Иногда возникает «de novo» — у пациента без семейной истории.

4.2. Механизм заболевания

¹⁷:

Главная проблема — недостаток или дефект C1-ингибитора

• C1-ингибитор — это белок, контролирующий каскад комплемента и каскад калликреин-кинин.
• При наследственном ангиоотёке его недостаточно (тип I) или он функционально неполноценен (тип II).
• Без контроля C1-ингибитора активируется фермент калликреин.
• Калликреин расщепляет кининоген с образованием брадикинина.
• Брадикинин — мощный вазодилататор, повышающий проницаемость сосудов.
• В результате — выраженный отёк тканей.

Это НЕ аллергия

• Несмотря на то, что заболевание изучают аллергологи, это не классическая аллергия.
• Главный медиатор — брадикинин, а не гистамин.
• Поэтому антигистаминные и кортикостероиды при наследственном ангиоотёке не работают (или работают плохо).
• Это критически важное различие.

4.3. Клинические проявления

¹⁸:

Локализации отёков

• Кожные отёки — лицо, конечности, гениталии. Без зуда (в отличие от аллергического отёка), без крапивницы.
• Абдоминальные отёки — отёк стенки кишечника, проявляется выраженной болью, иногда симулирует «острый живот».
• Отёк гортани — самое опасное проявление. Может вызвать удушье. Главная причина смерти при наследственном ангиоотёке.

Особенности

• Атаки развиваются медленно — за несколько часов.
• Длятся 2-5 дней.
• Часто провоцируются: травмами (включая стоматологическое лечение), стрессом, инфекциями, эстрогенными препаратами, ингибиторами ангиотензинпревращающего фермента.
• Иногда — без видимых триггеров.
• Частота от нескольких раз в год до еженедельной.

Возраст начала

• Обычно — детство или подростковый возраст.
• Часто долго не диагностируется.
• В среднем — задержка диагноза 10-15 лет.

4.4. Диагностика

¹⁹:

• Уровень C4 в крови — снижен при наследственном ангиоотёке. Главный скрининговый тест.
• Уровень C1-ингибитора — снижен (тип I) или нормален (тип II).
• Функциональная активность C1-ингибитора — снижена в обоих типах.
• Генетический анализ — выявление мутаций в гене SERPING1.
• Анамнез семьи — наследственная картина.

4.5. Главное правило диагностики

Часть 5. Лечение наследственного ангиоотёка

Современные подходы к лечению наследственного ангиоотёка кардинально изменились за последние 15 лет. Появились эффективные препараты для купирования атак и для профилактики.

5.1. Лечение острых атак

²¹:

Концентрат C1-ингибитора (Беринерт, Цинриз)

• Восполняет недостающий белок.
• Вводится внутривенно.
• Эффект — через 30-60 минут.
• Главный препарат для купирования острых атак.

Икатибант (Фиразир)

• Антагонист рецептора брадикинина.
• Подкожная инъекция.
• Может вводиться самостоятельно дома.
• Эффект — в течение часа.

Экалантид

• Ингибитор калликреина для острых атак.
• Только в США.
• В России недоступен.

Что НЕ помогает

• Антигистаминные (не работают на брадикинин).
• Глюкокортикостероиды (мало эффективны).
• Адреналин (имеет ограниченный эффект).
• Это критическое различие с аллергическим ангиоотёком.

5.2. Долгосрочная профилактика

²²:

Андрогены (даназол, станозолол)

• Старые препараты, повышают синтез C1-ингибитора.
• Эффективны, но с побочными эффектами — вирилизация у женщин, изменения липидного профиля, гепатотоксичность.
• В современном лечении уступают место новым препаратам.

Антифибринолитики (транексамовая кислота, аминокапроновая кислота)

• Менее эффективны.
• Иногда используются у детей и при противопоказаниях к другим препаратам.

Концентрат C1-ингибитора для профилактики

• Внутривенные или подкожные инъекции 1-2 раза в неделю.
• Высокая эффективность.
• Подкожный концентрат (Хейгарда) — более удобен.

Ланаделумаб — главная революция

²³:

• Моноклональное антитело против калликреина.
• Одобрен в США в 2018 году.
• В России — зарегистрирован.
• Торговое название — «Такзайро» (Takhzyro).
• Производитель — Takeda.

5.3. Ланаделумаб подробно

Механизм действия

• Связывает калликреин в крови, не давая ему действовать.
• Без активного калликреина не образуется брадикинин.
• В результате — отсутствие атак ангиоотёка.

Режим введения

• Подкожные инъекции 300 мг каждые 2 недели.
• Возможно переход на каждые 4 недели после года стабильного контроля.
• Самостоятельное введение дома.

Эффективность

Главное исследование — HELP²⁴:

• Снижение частоты атак на 87% по сравнению с плацебо.
• У 44% пациентов — полное отсутствие атак во время лечения.
• У большинства остальных — значительное снижение тяжести и частоты.
• Драматическое улучшение качества жизни.

Побочные эффекты

• Реакции в месте инъекции — наиболее частые.
• Головная боль.
• Сыпь.
• Боли в мышцах.
• В целом препарат хорошо переносится.

5.4. Другие новые препараты

²⁵:

• Беротралстат — пероральный ингибитор калликреина. Одобрен в США в 2020 году. Удобство — таблетки вместо инъекций.
• Гарадастран (донидалорсен) — антисмысловой олигонуклеотид против прекалликреина. В клинических исследованиях.
• Генная терапия — первые исследования с генной инженерией для коррекции дефекта гена SERPING1.

Часть 6. Практические аспекты и сравнение биологической терапии

Биологическая терапия — это новая эпоха, но требует понимания как со стороны пациентов, так и со стороны системы здравоохранения.

6.1. Общие особенности биологической терапии

²⁶:

Плюсы

• Прицельность действия — мало побочных эффектов вне мишени.
• Высокая эффективность при правильно подобранных показаниях.
• Возможность отмены или снижения системных кортикостероидов.
• Улучшение качества жизни.
• Возможность самостоятельного введения для большинства препаратов.

Минусы

• Высокая стоимость — миллионы рублей в год на пациента.
• Долгосрочный режим (годами).
• Необходимость квалифицированного отбора пациентов.
• Возможные местные реакции.
• Не все пациенты отвечают на лечение.

6.2. Доступность в России

²⁷:

Программа высокозатратных нозологий и льготное лекарственное обеспечение

• Биологические препараты доступны через государственные программы.
• Льготное обеспечение для пациентов с инвалидностью.
• Программы 14 высокозатратных нозологий и региональные.
• Для наследственного ангиоотёка — особая ситуация (редкое заболевание).

Сложности доступа

• Длительные процедуры оформления льгот.
• Региональные различия в обеспечении.
• Иногда — перебои с поставками.
• Необходимость регулярного подтверждения показаний.

6.3. Кому нужна биологическая терапия

Главные критерии²⁸:

Для анти-интерлейкин-5 препаратов

• Тяжёлая астма с частыми обострениями.
• Несмотря на максимальную ингаляционную терапию (высокие дозы ингаляционных кортикостероидов + бета-агонисты длительного действия).
• Эозинофильный фенотип (эозинофилы крови более 150-300 в микролитре).
• Особенно — постоянная или частая потребность в системных стероидах.

Для ланаделумаба

• Подтверждённый наследственный ангиоотёк.
• Частые атаки (более 1 в месяц или тяжёлые атаки с поражением гортани).
• Возраст от 12 лет.
• Снижение качества жизни.

6.4. Пошаговый план

Часть 7. Распространённые мифы и тревожные ситуации

7.1. Мифы о биологической терапии

Заключение

Биологическая терапия в аллергологии и иммунологии — это революционное направление современной медицины, открывшее новые возможности лечения тяжёлых заболеваний. Сегодня мы подробно рассмотрели три класса препаратов — анти-интерлейкин-5 терапию (меполизумаб, реслизумаб, бенрализумаб) для тяжёлой эозинофильной астмы и ланаделумаб для наследственного ангиоотёка. Эти препараты радикально изменили перспективы для тысяч пациентов, страдающих от заболеваний, при которых традиционная терапия не работала.

Эозинофилы и их роль: эозинофилы — это лейкоциты, в норме защищающие от паразитов и участвующие в иммунитете, но при патологии становящиеся главными «виновниками» хронического воспаления при эозинофильной астме, эозинофильном гранулематозном полиангиите (синдром Чёрджа-Стросс), гиперэозинофильном синдроме, полипозе носа. Эозинофильная астма — около 50-60% всех случаев тяжёлой астмы. Главный «мотор» — интерлейкин-5, цитокин, регулирующий все этапы жизненного цикла эозинофилов.

Меполизумаб — первое моноклональное антитело против интерлейкина-5. Одобрен в США в 2015 году, в России — в 2018 году («Нукала»). Связывает интерлейкин-5 в крови, лишая эозинофилы стимула к росту и выживанию. Снижение эозинофилов на 80-90%. Подкожные инъекции каждые 4 недели, возможно самостоятельное введение. Показания: тяжёлая эозинофильная астма (от 6 лет), синдром Чёрджа-Стросс, гиперэозинофильный синдром, хронический риносинусит с полипами. Снижает обострения астмы на 50-60%, потребность в системных стероидах — на 50%.

Реслизумаб — также против интерлейкина-5, но вводится внутривенно. Менее удобен, но эффективность сравнима с меполизумабом. Только у взрослых.

Бенрализумаб — принципиально другой механизм: связывается с рецептором интерлейкина-5 на эозинофилах и вызывает их прямое уничтожение через антитело-зависимую клеточную цитотоксичность. Снижение эозинофилов до 95-100%. Подкожные инъекции каждые 8 недель (удобно — всего 6 инъекций в год вместо 13). В России — «Фазенра». Возраст от 12 лет.

Биомаркеры для подбора биологической терапии: уровень эозинофилов в крови (главный, более 150-300 в микролитре), общий иммуноглобулин Е, оксид азота в выдыхаемом воздухе, эозинофилы в мокроте, частота обострений, потребность в стероидах.

Наследственный ангиоотёк — редкое (1 на 50 000) генетическое заболевание с приступами отёков. Главное отличие от аллергического ангиоотёка — медиатор брадикинин (а не гистамин), поэтому антигистаминные и кортикостероиды НЕ работают. Главная проблема — дефицит или дефект C1-ингибитора (контролёра калликреин-кининовой системы). Локализации отёков: кожные, абдоминальные (отёк кишечника с тяжёлой болью), отёк гортани (опасное для жизни). Диагностика — уровень C4 (снижен), C1-ингибитора, функциональная активность, генетическое тестирование.

Лечение наследственного ангиоотёка: острые атаки — концентрат C1-ингибитора («Беринерт»), икатибант («Фиразир»). Антигистаминные, стероиды, адреналин — почти не работают (критически важное различие!). Долгосрочная профилактика: старые препараты (андрогены — даназол) с побочными эффектами; концентрат C1-ингибитора (внутривенно или подкожно регулярно); ланаделумаб («Такзайро») — главная революция, моноклональное антитело против калликреина. Подкожные инъекции каждые 2-4 недели. В исследовании HELP — снижение атак на 87%, у 44% пациентов — полное отсутствие атак. Также: беротралстат (пероральный ингибитор калликреина) — в США.

Общие особенности биологической терапии: плюсы — прицельность действия, минимум побочных эффектов вне мишени, возможность отмены стероидов, улучшение качества жизни, самостоятельное введение; минусы — высокая стоимость, длительный режим, необходимость отбора пациентов, не все отвечают. В России биологические препараты доступны через программы льготного обеспечения, но с возможными сложностями оформления и региональными различиями.

Главные посылы: биологическая терапия — не „химия“, а самые «естественные» лекарства; меполизумаб и бенрализумаб — разные препараты с разными механизмами; при отсутствии эозинофилов — есть другие биологические препараты (омализумаб, дупилумаб, тезепелумаб); при наследственном ангиоотёке антигистаминные и стероиды не работают — нужны специфические препараты; биологическая терапия не пожизненна — у части пациентов возможно постепенное прекращение; не прекращайте самостоятельно — это ведёт к рецидиву; ланаделумаб — революция для пациентов с наследственным ангиоотёком; биологическая терапия не подавляет иммунитет, как стероиды.

При появлении тревожных симптомов — анафилаксии после введения, отёка гортани при наследственном ангиоотёке, тяжёлого приступа астмы, тяжёлых абдоминальных болей при ангиоотёке — обращаться нужно немедленно. Современная аллергология и иммунология имеет огромные возможности лечения. Грамотный подбор биологической терапии, длительное и регулярное наблюдение, понимание особенностей каждого препарата — это основа успеха. Эти препараты дают пациентам реальную надежду на нормальную жизнь даже при заболеваниях, ещё 10-15 лет назад считавшихся «неуправляемыми».

Источники

1. Rosenberg H.F., Dyer K.D., Foster P.S. Eosinophils: changing perspectives in health and disease. Nature Reviews Immunology, 2013; 13(1): 9–22.
2. Wechsler M.E., Munitz A., Ackerman S.J. et al. Eosinophils in health and disease: a state-of-the-art review. Mayo Clinic Proceedings, 2021; 96(10): 2694–2707.
3. Klion A.D. How I treat hypereosinophilic syndromes. Blood, 2015; 126(9): 1069–1077.
4. Buhl R., Humbert M., Bjermer L. et al. Severe eosinophilic asthma: a roadmap to consensus. European Respiratory Journal, 2017; 49(5): 1700634.
5. Российская ассоциация аллергологов и клинических иммунологов. Федеральные клинические рекомендации «Бронхиальная астма». Минздрав РФ, 2021.
6. Pavord I.D., Korn S., Howarth P. et al. Mepolizumab for severe eosinophilic asthma (DREAM): a multicentre, double-blind, placebo-controlled trial. The Lancet, 2012; 380(9842): 651–659.
7. Ortega H.G., Liu M.C., Pavord I.D. et al. Mepolizumab treatment in patients with severe eosinophilic asthma. New England Journal of Medicine, 2014; 371(13): 1198–1207.
8. Bel E.H., Wenzel S.E., Thompson P.J. et al. Oral glucocorticoid-sparing effect of mepolizumab in eosinophilic asthma. New England Journal of Medicine, 2014; 371(13): 1189–1197.
9. Khatri S., Moore W., Gibson P.G. et al. Assessment of the long-term safety of mepolizumab and durability of clinical response in patients with severe eosinophilic asthma. Journal of Allergy and Clinical Immunology, 2019; 143(5): 1742–1751.
10. Khurana S., Brusselle G.G., Bel E.H. et al. Long-term safety and clinical benefit of mepolizumab in patients with severe eosinophilic asthma. Clinical Therapeutics, 2019; 41(10): 2041–2056.
11. Castro M., Zangrilli J., Wechsler M.E. et al. Reslizumab for inadequately controlled asthma with elevated blood eosinophil counts: results from two multicentre, parallel, double-blind, randomised, placebo-controlled, phase 3 trials. Lancet Respiratory Medicine, 2015; 3(5): 355–366.
12. Bleecker E.R., FitzGerald J.M., Chanez P. et al. Efficacy and safety of benralizumab for patients with severe asthma uncontrolled with high-dosage inhaled corticosteroids and long-acting beta-agonists (SIROCCO). The Lancet, 2016; 388(10056): 2115–2127.
13. FitzGerald J.M., Bleecker E.R., Nair P. et al. Benralizumab, an anti-interleukin-5 receptor alpha monoclonal antibody, as add-on treatment for patients with severe, uncontrolled, eosinophilic asthma (CALIMA). The Lancet, 2016; 388(10056): 2128–2141.
14. Bagnasco D., Ferrando M., Varricchi G. et al. A critical evaluation of anti-IL-5 and anti-IL-5Rα therapy for severe eosinophilic asthma. Journal of Allergy and Clinical Immunology, 2017; 139(3): 691–697.
15. Wenzel S.E. Asthma phenotypes: the evolution from clinical to molecular approaches. Nature Medicine, 2012; 18(5): 716–725.
16. Maurer M., Magerl M., Ansotegui I. et al. The international WAO/EAACI guideline for the management of hereditary angioedema — the 2017 revision and update. Allergy, 2018; 73(8): 1575–1596.
17. Busse P.J., Christiansen S.C. Hereditary angioedema. New England Journal of Medicine, 2020; 382(12): 1136–1148.
18. Banerji A. The burden of illness in patients with hereditary angioedema. Annals of Allergy, Asthma and Immunology, 2013; 111(5): 329–336.
19. Cicardi M., Aberer W., Banerji A. et al. Classification, diagnosis, and approach to treatment for angioedema: consensus report from the Hereditary Angioedema International Working Group. Allergy, 2014; 69(5): 602–616.
20. Российская ассоциация аллергологов и клинических иммунологов. Федеральные клинические рекомендации «Наследственный ангионевротический отёк». Минздрав РФ, 2020.
21. Craig T., Pürsün E.A., Bork K. et al. WAO Guideline for the Management of Hereditary Angioedema. World Allergy Organization Journal, 2012; 5(12): 182–199.
22. Zuraw B.L., Bernstein J.A., Lang D.M. et al. A focused parameter update: hereditary angioedema, acquired C1 inhibitor deficiency, and angiotensin-converting enzyme inhibitor-associated angioedema. Journal of Allergy and Clinical Immunology, 2013; 131(6): 1491–1493.
23. Banerji A., Riedl M.A., Bernstein J.A. et al. Effect of lanadelumab compared with placebo on prevention of hereditary angioedema attacks: A randomized clinical trial (HELP). JAMA, 2018; 320(20): 2108–2121.
24. Banerji A., Bernstein J.A., Johnston D.T. et al. Long-term prevention of hereditary angioedema attacks with lanadelumab: The HELP OLE Study. Allergy, 2022; 77(3): 979–990.
25. Riedl M.A., Aygören-Pürsün E., Baker J. et al. Oral berotralstat for long-term prevention of hereditary angioedema attacks (APeX-2). Annals of Allergy, Asthma and Immunology, 2021; 126(2): 153–161.
26. Israel E., Reddel H.K. Severe and difficult-to-treat asthma in adults. New England Journal of Medicine, 2017; 377(10): 965–976.
27. Программа «14 высокозатратных нозологий». Минздрав РФ.
28. Holgate S.T., Wenzel S., Postma D.S. et al. Asthma. Nature Reviews Disease Primers, 2015; 1: 15025.
29. Brusselle G.G., Koppelman G.H. Biologic therapies for severe asthma. New England Journal of Medicine, 2022; 386(2): 157–171.
30. Хаитов Р.М., Ильина Н.И. Биологическая терапия в аллергологии и иммунологии: современные подходы. Российский аллергологический журнал, 2020; 17(2): 5–14.

*Статья носит информационный характер. Для профессиональной помощи обратитесь к специалисту.*