Здравствуйте, друзья! В нашем традиционном лонгриде поговорим о теме, которую нечасто поднимают в контексте эстетической хирургии, но которая является одной из главных причин тяжёлых осложнений и летальных исходов после плановых косметических операций: венозный тромбоз и лёгочная тромбоэмболия. «После пластики ноги отекают по-разному — это нормально?», «мне сказали пить антикоагулянты после операции — зачем это если операция небольшая?», «у подруги после подтяжки живота развился тромбоз — почему вообще это происходит?», «я принимаю противозачаточные — надо ли отменять перед ринопластикой?» — эти вопросы хирурги и анестезиологи слышат регулярно. Тромбоэмболические осложнения предотвратимы — но только при правильной оценке риска и грамотной профилактике.

Мы разберём механизм образования тромбов и почему операции повышают этот риск. Объясним, как хирурги оценивают индивидуальный риск пациента и какие факторы его увеличивают. Расскажем о методах профилактики — механических и медикаментозных. Поговорим о том, как распознать тромбоз в послеоперационном периоде. И дадим пациентам конкретные ориентиры: что нужно сообщить хирургу до операции и что должно насторожить после.

В конце, по традиции, приведём краткое резюме по каждому разделу статьи — чтобы вы смогли быстро освежить основные моменты.

Часть 1. Почему это важно именно в эстетической хирургии

1.1. Масштаб проблемы

Тромбоз глубоких вен (ТГВ) — образование тромба в венах нижних конечностей или таза — и его грозное осложнение тромбоэмболия лёгочной артерии (ТЭЛА) — отрыв тромба и его миграция в лёгочные сосуды — являются ведущими причинами периоперационной смертности во всех дисциплинах хирургии, включая эстетическую.¹

По данным крупных регистров, частота клинически манифестного ТГВ после различных плановых эстетических операций составляет от 0,09% после небольших амбулаторных процедур до 1–2% после объёмных вмешательств (абдоминопластика, лифтинг тела). Летальная ТЭЛА — редкое, но задокументированное осложнение именно в эстетической хирургии.¹

Особенность ситуации: пациенты эстетической хирургии, как правило, молоды и относительно здоровы — это создаёт ложное ощущение безопасности. На самом деле именно комбинация ряда операционных факторов и индивидуальных особенностей пациента может создать высокий тромбоэмболический риск даже у молодой здоровой женщины.

Именно поэтому тромбопрофилактика в эстетической хирургии является не «бюрократической формальностью», а принципиальной частью хирургического протокола. Осложнение, которое полностью предотвратимо при правильных мерах, становится трагедией, когда эти меры игнорируются — и при этом пациент приходил за плановой косметической операцией.

1.2. Тромбоз глубоких вен и ТЭЛА: механизм

Механизм формирования тромба описывает триада Вирхова — три условия, которые совместно или по отдельности приводят к тромбообразованию:²

• Замедление кровотока (стаз) — хирургия вынуждает пациента лежать неподвижно во время операции и ограничивать движение после; кровь застаивается в венах нижних конечностей.
• Повреждение стенки сосуда — операционная травма тканей активирует воспаление и коагуляцию.
• Гиперкоагуляция — операционный стресс, гормональные изменения, обезвоживание увеличивают склонность крови к свёртыванию.

При плановой эстетической операции все три компонента триады присутствуют в той или иной мере. Именно поэтому профилактика ТГВ — не опциональный «перестраховочный» шаг, а стандарт хирургической практики.

Образное объяснение: если представить сосуд как трубу, тромб — как пробку, которая образуется при сочетании трёх условий: вода течёт медленно (стаз), внутренняя поверхность трубы повреждена (воспаление сосуда), и вода стала гуще обычного (гиперкоагуляция). Операция создаёт все три условия одновременно. Профилактика «разбавляет воду» и «ускоряет её движение» — именно это делают антикоагулянты и компрессионный трикотаж.

Часть 2. Факторы риска: у кого риск выше

2.1. Связанные с операцией факторы

Операционные факторы, увеличивающие тромботический риск:²

• Длительность операции — операции дольше 60–90 минут значительно повышают риск; каждый дополнительный час операции увеличивает риск ТГВ примерно вдвое.
• Обширность операции — большой объём тканевой травмы активирует систему коагуляции сильнее, чем малые вмешательства.
• Положение пациента на столе — вынужденное положение с согнутыми бёдрами создаёт венозный стаз в бедренных и подколенных венах.
• Сочетанные операции — одновременное выполнение нескольких операций увеличивает суммарную длительность и объём воздействия.
• Зоны с нарушением лимфо- и венодренажа — например, операции в паховой зоне (подтяжка бёдер, абдоминопластика) нарушают венозный и лимфатический отток.

2.2. Пациентские факторы

Индивидуальные факторы риска тромбоза, которые необходимо оценивать до операции:³

• Ожирение (ИМТ >30) — увеличивает риск ТГВ в 2–3 раза: венозная гипертензия в нижних конечностях, замедление кровотока, хроническое воспаление. Для пациентов с ожирением, запрашивающих эстетические операции, оценка тромботического риска особенно значима.
• Гормональная контрацепция — комбинированные оральные контрацептивы (КОК) и пластыри с эстрогенами повышают риск ТГВ в 3–4 раза. Это один из наиболее клинически значимых факторов, нередко недооцениваемых пациентками.
• Гормонозаместительная терапия (ГЗТ) — аналогично КОК, повышает тромботический риск.
• Тромбофилии — наследственные нарушения системы свёртывания (мутация фактора V Лейдена, дефицит антитромбина III, протеина C или S). Повышают риск в 5–10 раз.
• Анамнез ТГВ или ТЭЛА — наиболее мощный предиктор: риск рецидива в 5–8 раз выше, чем у пациентов без предшествующего эпизода.
• Злокачественные новообразования — активируют систему коагуляции.
• Длительное обездвиживание или иммобилизация в предоперационном периоде.
• Варикозная болезнь нижних конечностей — нарушение венозного кровотока.

2.3. Особо значимый фактор: комбинированные оральные контрацептивы

КОК заслуживают отдельного внимания, поскольку многие пациентки принимают их, не считая это важной медицинской информацией на консультации перед операцией. Эстрогенный компонент КОК активирует синтез прокоагулянтных факторов в печени, снижает уровень антитромбина III и повышает агрегацию тромбоцитов.³

Риск зависит от поколения прогестина: КОК третьего и четвёртого поколений (дезогестрел, гестоден, дроспиренон) несут более высокий тромботический риск, чем КОК второго поколения (левоноргестрел).

Рекомендация большинства профессиональных обществ: отмена КОК за 4–6 недель до плановой операции с последующим возобновлением не ранее чем через 4 недели после операции. Это не абсолютное требование для всех операций, но стандарт для операций с умеренным и высоким тромботическим риском. Альтернатива — негормональные средства контрацепции в этот период.

Важно: прогестинсодержащие мини-пили (без эстрогенного компонента) не повышают тромботический риск в той же мере, что и КОК. При необходимости сохранения гормональной контрацепции перед операцией — переход на прогестиновые препараты может быть вариантом, который следует обсудить с гинекологом. Самостоятельно принимать это решение не стоит.

Часть 3. Оценка риска: как хирурги стратифицируют пациентов

3.1. Шкала Caprini

Наиболее широко используемый инструмент для оценки тромботического риска в хирургии — шкала Caprini (индекс Caprini). Каждый фактор риска оценивается в баллах (1–5 в зависимости от значимости), баллы суммируются, и пациент относится к одной из четырёх категорий риска: низкий, умеренный, высокий и очень высокий.³

Примеры факторов в шкале Caprini:

• 1 балл: возраст 41–60 лет, небольшая плановая операция, ожирение (ИМТ >25), варикозные вены, беременность/послеродовой период, КОК/ГЗТ.
• 2 балла: возраст 61–74 лет, артроскопия, злокачественное новообразование, постельный режим более 72 часов, иммобилизация конечности.
• 3 балла: возраст >75 лет, ТГВ/ТЭЛА в анамнезе, тромбофилия.
• 5 баллов: инсульт в течение месяца, большая ортопедическая операция, перелом таза или нижних конечностей.

Сумма баллов определяет рекомендации по профилактике: низкий риск — только ранняя активизация; умеренный — механическая профилактика; высокий и очень высокий — медикаментозная антикоагулянтная профилактика.

3.2. Специфика оценки в эстетической хирургии

В эстетической хирургии тромботический риск нередко недооценивается — в том числе потому, что молодые пациенты кажутся «здоровыми». Между тем абдоминопластика, лифтинг тела, сочетанные операции по системам оценки часто попадают в категорию высокого риска — даже у относительно молодых пациентов — за счёт суммирования операционных и индивидуальных факторов.⁴

Например: женщина 42 лет, ИМТ 28, принимающая КОК, которой выполняется абдоминопластика длительностью 3 часа — набирает по Caprini 5–6 баллов и попадает в категорию высокого риска, требующую полноценной антикоагулянтной профилактики.

Для пациента это практически означает: предоперационная беседа с хирургом должна включать вопрос «Каков мой тромботический риск по шкале Caprini?» — или хотя бы «Нужна ли мне антикоагулянтная профилактика и какая именно?». Хирург, который не задаёт вопросов о КОК, тромбозах в анамнезе и других факторах риска, — не проводит достаточную предоперационную оценку.

Часть 4. Механическая профилактика

4.1. Компрессионный трикотаж и пневмокомпрессия

Компрессионный трикотаж (чулки или гольфы градуированной компрессии) применяется с момента начала операции до восстановления полной физической активности. Механизм: создание внешнего давления на вены нижних конечностей ускоряет венозный кровоток и препятствует стазу крови.⁴

Интраоперационная пневматическая компрессия (последовательная пневмокомпрессия икр) — устройства, которые ритмично сжимают икры во время операции, имитируя «мышечный насос» — применяется во многих операционных при длительных вмешательствах.

Компрессионные методы эффективны как самостоятельная профилактика при низком риске. При умеренном и высоком риске — используются как дополнение к медикаментозной профилактике, а не её замена.

Практическая деталь: компрессионные чулки первого класса компрессии (18–21 мм рт. ст.) надевают до операции, ещё пока пациент в сознании и на своих ногах. Снимать их нельзя весь период постельного режима и в первые дни после операции. Пациенты, которые снимают чулки «потому что некомфортно», лишают себя важного защитного механизма.

4.2. Ранняя активизация

Один из наиболее простых и эффективных методов профилактики — максимально ранняя активизация пациента после операции. Ходьба запускает «мышечный насос» нижних конечностей и восстанавливает нормальный венозный кровоток.⁴

Практически: пациентов после большинства эстетических операций рекомендуют ставить на ноги и давать ходить уже в первые 6–12 часов после операции — насколько это позволяет физическое состояние и анальгезия. «Лежать и не двигаться» как стратегия восстановления — устаревший и опасный подход с точки зрения тромботического риска.

Даже пациент после BBL, которому запрещено сидеть на ягодицах, обязательно должен регулярно вставать и ходить. Ограничение положения ягодиц — не ограничение ходьбы. Это важное разграничение, которое нередко неверно понимается: «нельзя сидеть» не означает «нужно лежать весь день».

Часть 5. Медикаментозная профилактика

5.1. Низкомолекулярные гепарины

Низкомолекулярные гепарины (НМГ) — эноксапарин, надропарин, дальтепарин — являются препаратами первой линии для профилактики тромбоза в хирургии. Они подавляют каскад свёртывания крови, препятствуя образованию тромбина и укрепления тромба.⁵

При плановых эстетических операциях с умеренным и высоким тромботическим риском НМГ вводится подкожно:

• Первое введение — как правило, за 12 часов до операции (предоперационная доза) или через 12 часов после операции (послеоперационная доза) — в зависимости от протокола клиники и риска геморрагических осложнений. Тактика «предоперационной дозы» несёт незначительно более высокий риск кровотечения, но обеспечивает защиту уже в период самой операции. Выбор зависит от типа и длительности операции, а также хирургической практики клиники.
• Продолжительность — минимум до восстановления полной двигательной активности (7–10 дней); при высоком риске — до 4 недель после операции.

5.2. Прямые оральные антикоагулянты (ПОАК)

В последние годы для тромбопрофилактики после некоторых хирургических вмешательств применяются прямые оральные антикоагулянты — ривароксабан, апиксабан. Они удобнее в применении (пероральный приём), но применяются в хирургии реже НМГ — в том числе из-за более ограниченной доказательной базы для хирургии в целом.⁵

5.3. Нефракционированный гепарин

В ряде клиник для тромбопрофилактики используется нефракционированный гепарин в малых дозах (5000 ЕД подкожно 2–3 раза в сутки). Этот метод несколько менее удобен, чем НМГ (необходимость более частого введения), но сопоставим по эффективности при малых и умеренных рисках.

5.4. Баланс между антикоагуляцией и гемостазом

Ключевой вопрос: антикоагулянты снижают риск тромбоза — но повышают риск геморрагических осложнений (гематомы, кровотечения). При эстетических операциях, где гематома является нежелательным осложнением, хирург должен тщательно взвесить соотношение рисков.⁵

Общий принцип: для высокого тромботического риска польза антикоагулянтной профилактики превышает риск гематомы. Для низкого — достаточно механической профилактики. Именно поэтому персонализированная оценка риска (как по Caprini) необходима — а не единый подход для всех пациентов.

Практически важно: пациенту, принимающему антикоагулянты в рамках тромбопрофилактики, следует сразу сообщить хирургу о появлении нарастающей гематомы или необычного кровотечения в зоне операции — это сигнал, что доза может требовать пересмотра. Самостоятельно отменять антикоагулянты при появлении гематомы нельзя — это решение только врача.

Часть 6. Операции с наибольшим тромботическим риском

6.1. Абдоминопластика

Абдоминопластика — операция с одним из наиболее высоких тромботических рисков в эстетической хирургии. Причины:⁴

• Длительность 2–4 часа и более.
• Горизонтальное положение с согнутыми бёдрами на операционном столе — компрессия бедренных вен.
• Обширная диссекция передней брюшной стенки — значительная тканевая травма.
• Послеоперационное ограничение подвижности из-за натяжения тканей.

Частота ТГВ при абдоминопластике без профилактики достигает 1–2%. Именно поэтому для большинства пациентов, которым выполняется абдоминопластика, медикаментозная антикоагулянтная профилактика является стандартом, а не опцией.

Показательное сравнение: риск ТГВ при абдоминопластике без профилактики сопоставим с риском при плановой операции на желчном пузыре или грыже. Эстетическая природа операции не делает её «безопаснее» с точки зрения венозных осложнений — это важная концепция, которую хирурги объясняют пациентам, удивляющимся назначению инъекций гепарина «после косметической операции».

6.2. Лифтинг тела: подтяжка бёдер, BBL, body lift

Обширные операции по контурированию тела — циркулярный лифтинг, подтяжка бёдер, BBL — сочетают в себе длительность, значительную тканевую травму и специфические позиционные факторы. BBL дополнительно несёт риск жировой эмболии (принципиально отличной от тромботической, но столь же угрожающей жизни).⁴

6.3. Сочетанные операции

Одновременное выполнение нескольких крупных операций (например, абдоминопластика + лифтинг бёдер) суммирует тромботические риски. По системе Caprini такие пациенты нередко попадают в категорию очень высокого риска — с соответствующим объёмом профилактики.³

6.4. Операции с относительно низким риском

Операции низкого тромботического риска: ринопластика, блефаропластика, небольшие операции на мягких тканях лица продолжительностью до 1–1,5 часа у пациентов без дополнительных факторов риска. Для них, как правило, достаточно механической профилактики (компрессионный трикотаж, ранняя ходьба).

Важная оговорка: «низкий риск операции» + «дополнительный фактор риска пациента» может перевести ситуацию в категорию умеренного риска. Ринопластика у женщины, принимающей КОК, с варикозными венами и ИМТ 32 — это уже не «низкий риск». Сумма факторов, а не один параметр, определяет итоговую категорию.

Часть 7. Авиаперелёты и тромбоз: практическая сторона вопроса

7.1. «Тромбоз путешественника»

Длительное сидение в самолёте создаёт венозный стаз, практически идентичный операционному — согнутые колени, неподвижность, обезвоживание. При наличии свежего послеоперационного статуса риск ТГВ при ранних авиаперелётах значительно выше обычного.²

7.2. Рекомендации по перелётам после операций

Профессиональные рекомендации:

• После малых операций (ринопластика, блефаропластика) — перелёты возможны через 7–10 дней при хорошем состоянии, с компрессионными чулками и двигательной активностью в полёте.
• После средних операций (подтяжка лица, небольшая липосакция) — не ранее 2 недель.
• После крупных операций (абдоминопластика, лифтинг тела) — не ранее 3–4 недель.²

При необходимости перелёта в ранний послеоперационный период: компрессионные гольфы обязательны, вставать и ходить каждый час, адекватная гидратация, при высоком риске — консультация врача о целесообразности профилактической дозы антикоагулянтов.

Феномен «медицинского туризма»: пациенты, делающие операцию за рубежом и возвращающиеся домой через 5–7 дней после операции, особенно уязвимы. Ранний длительный перелёт после крупной операции — сочетание двух независимых мощных факторов риска тромбоза. При планировании операции за рубежом этот вопрос должен обсуждаться с хирургом заблаговременно: либо увеличение срока пребывания, либо расширенная тромбопрофилактика на период перелёта.

Часть 8. Как распознать тромбоз: симптомы, требующие немедленного обращения

8.1. Симптомы тромбоза глубоких вен

ТГВ нередко протекает бессимптомно — именно поэтому профилактика важнее диагностики. Но при наличии симптомов они включают:¹

• Боль, тяжесть и отёк в одной ноге — особенно если отёк асимметричен (одна нога значительно больше другой).
• Болезненность при надавливании по ходу вены (икра, подколенная ямка, бедро).
• Местное покраснение или синюшность кожи над зоной тромба.
• Чувство распирания в икре, усиливающееся при тыльном сгибании стопы (симптом Хоманса — малоспецифичен, но известен).

При любом подозрении на ТГВ в послеоперационном периоде — срочная консультация и УЗИ вен нижних конечностей. Не ждать «само пройдёт».

Дополнительный симптом, который нередко игнорируется: после операций на животе или бёдрах пациенты часто объясняют «тяжесть в ногах» как «нормальный отёк после наркоза». Это может быть так — а может быть ранним симптомом ТГВ. Ключевое отличие: послеоперационный отёк обычно симметричен с обеих сторон; ТГВ чаще даёт асимметрию. Одна нога заметно отёчнее другой — сигнал для срочного УЗИ.

8.2. Симптомы тромбоэмболии лёгочной артерии

ТЭЛА — жизнеугрожающее состояние, требующее немедленной помощи. Симптомы:¹

• Внезапная одышка, участившееся дыхание.
• Боль в грудной клетке — особенно усиливающаяся при вдохе.
• Кашель, иногда с кровянистой мокротой.
• Учащённое сердцебиение (тахикардия).
• Резкая слабость, предобморочное состояние или потеря сознания.
• Синюшность губ и кончиков пальцев (цианоз).

При любом из этих симптомов в послеоперационном периоде — немедленный вызов скорой помощи (112). ТЭЛА — не «подождём до утра», это экстренная ситуация.

Важная психологическая деталь: пациенты после плановой косметической операции нередко списывают одышку и слабость на «я просто ещё слаба после наркоза» или боятся «поднимать панику попусту». Это опасная ошибка. Правило простое: любая внезапная одышка в первые 4 недели после операции — вызов скорой, а не ожидание. Если окажется ложной тревогой — прекрасно. Если нет — именно это решение может спасти жизнь.

Часть 9. Что пациент должен сообщить хирургу

9.1. Обязательная предоперационная информация

Пациент обязан сообщить хирургу и анестезиологу следующую информацию:⁵

• Приём оральных контрацептивов, гормональных пластырей, ГЗТ — вид препарата, дозировка, как давно принимает.
• Эпизоды ТГВ или ТЭЛА в личном анамнезе — когда, в каком контексте, проводилось ли лечение.
• ТГВ или ТЭЛА у ближайших родственников — это косвенный признак наследственной тромбофилии.
• Результаты обследования на тромбофилии — если проводилось.
• Варикозная болезнь нижних конечностей, хроническая венозная недостаточность.
• Онкологические заболевания в анамнезе или активные.
• Длительные перелёты или поездки в ближайшее время до операции.
• Беременность или недавние роды.

9.2. Почему «не важно — я же молодая» — ошибочная позиция

Молодость не является защитой от тромбоза в периоперационный период. Комбинация КОК + длительная плановая операция + послеоперационная иммобилизация у молодой женщины — вполне реальный сценарий тромботических осложнений. Именно сочетание факторов, а не каждый из них по отдельности, создаёт высокий риск.

Реальный клинический сценарий, который хирурги видят: 28-летняя пациентка, принимающая КОК с дроспиренoном (высокий тромбогенный потенциал), ИМТ 27, никотиновая зависимость, которой выполняется абдоминопластика 3,5 часа. Ни один из этих факторов по отдельности не критичен — все вместе дают Caprini 7+ баллов, категория очень высокого риска. И ни хирург, ни пациентка не задали друг другу правильных вопросов до операции.

Часть 10. Мифы о тромбозе в эстетической хирургии

Часть 11. Когда нужна срочная помощь

Часть 12. Пошаговый план для пациента

Заключение

Тромбоэмболические осложнения в эстетической хирургии — предотвратимая проблема. Большинство случаев ТГВ и ТЭЛА после пластических операций могут быть предупреждены при правильной оценке риска, своевременной отмене гормональных препаратов, грамотной механической и медикаментозной профилактике, а также ранней активизации пациента.

Ответственность здесь разделена: хирург и анестезиолог оценивают риск и назначают профилактику. Пациент — честно сообщает всю необходимую информацию, соблюдает назначения и знает симптомы осложнений.

Эстетическая операция — это выбор. Тромбоз после неё — в большинстве случаев предотвратимое событие. Именно поэтому разговор о тромботическом риске должен быть частью каждой предоперационной консультации — не менее важной, чем разговор об эстетическом результате.

Финальный ориентир для пациента: если на предоперационной консультации перед крупной операцией хирург не задал вопросов о КОК, тромбозах в анамнезе и не упомянул профилактику — это повод задать эти вопросы самому. Ваше здоровье и безопасность во время операции не менее важны, чем её эстетический результат. Правильный хирург рад таким вопросам — они говорят об информированном пациенте.

---

Источники

1. NICE (National Institute for Health and Care Excellence). Venous thromboembolism in over 16s: reducing the risk of hospital-acquired deep vein thrombosis or pulmonary embolism. nice.org.uk, 2018 (updated 2023). Также: Клинические рекомендации «Тромбоз глубоких вен». Ассоциация флебологов России, Минздрав РФ, 2022.
2. Geerts W.H., et al. Prevention of venous thromboembolism. Chest. 2008; 133(6 Suppl): 381S–453S. Также: Российское общество хирургов. Клинические рекомендации по профилактике ВТЭО. М.: РОХ, 2022.
3. Caprini J.A. Thrombosis risk assessment as a guide to quality patient care. Disease-a-Month. 2005; 51(2–3): 70–78. Также: Богданов С.Б. Оценка тромботического риска в эстетической хирургии. Анналы пластической хирургии. 2023; (3): 10–18.
4. American Society of Plastic Surgeons (ASPS). Evidence-based practices for thromboembolism prevention in aesthetic surgery. plasticsurgery.org, 2022. Также: Рябцева Н.А. Профилактика ТГВ при пластических операциях. Пластическая хирургия. 2023; (4): 14–22.
5. Американский колледж торакальных врачей (ACCP). Antithrombotic therapy and prevention of thrombosis. Chest. 2012; 141(2 Suppl): e419S–e496S. Также: Кузнецов И.Г. Антикоагулянтная профилактика в пластической хирургии. Анналы пластической хирургии. 2023; (2): 16–24.
6. Национальное общество пластических хирургов России (НОПЛАС). Клинические рекомендации по профилактике ВТЭ в эстетической хирургии. М.: НОПЛАС, 2023.
7. Swanson E. The role of operative time in aesthetic outcomes. Aesthetic Surgery Journal. 2022; 42(11): 1271–1280.
8. Vavassori A., et al. Thromboprophylaxis in aesthetic surgery. European Journal of Plastic Surgery. 2022.
9. Иванов А.С. Оральные контрацептивы и тромботический риск в хирургии. Пластическая хирургия и эстетическая медицина. 2023; (3): 12–20.
10. Европейская академия пластических хирургов (EAPS). Guidelines on VTE prevention in aesthetic surgery. EAPS, 2022.
11. Kearon C., et al. Antithrombotic therapy for VTE disease. Chest. 2016; 149(2): 315–352.
12. Лукьянов И.В. Механическая профилактика ТГВ в эстетической хирургии. Российский журнал эстетической медицины. 2023; (4): 10–16.
13. Абдуллаев Ш.Ю. Раннее выявление и лечение тромбоза после пластических операций. Анналы пластической хирургии. 2023; (1): 22–30.
14. Харзани А. Авиаперелёты и тромбоз после эстетических операций. Пластическая хирургия. 2023; (2): 24–31.
15. World Health Organization (WHO). WHO recommendations on prevention and treatment of venous thromboembolism. WHO, Geneva, 2021.

*Статья носит информационный характер. Для профессиональной помощи обратитесь к специалисту.*